Шерлок Холмс и крест короля — читать онлайн бесплатно полностью

А однажды мошенник похитил из мастерской художника набросок «Астарты Сирийской» и, подделав авторскую монограмму на обороте, продал его как завершенное произведение наиболее доверчивому из своих знакомых «знатоков».

Теперь Лестрейд слушал со вниманием.

— А как же полотна Рейнольдса, мистер Холмс? И Гейнсборо?

— Некоторое время Хауэлл сожительствовал с одной дамочкой, Розой Кордер. Она была художницей и изображала лошадей и собак. Он обучил ее искусству факсимиле, или, попросту говоря, подделыванию. Вместе они изготовляли копии картин для клиентов с сомнительными вкусами. Их арендодатель даже отказал им от квартиры на Бонд-стрит за копирование нескольких работ Фюссли, весьма спорных по своему содержанию.

— Именно, — фыркнул Холмс. — И его привезли в Англию весьма своевременно, в возрасте шестнадцати лет, после того как в Лиссабоне он добился немалых успехов по части шулерства и вымогательства с применением ножа. Я почти не знал его лично, но слышал, что его называли — заслуженно или нет — отъявленным негодяем, грязным шантажистом, бессовестным мошенником, мерзавцем, крысой, клеветником и прирожденным лжецом. Выбирайте любой эпитет на свой вкус, мой дорогой Лестрейд! Однажды мистер Россетти продекламировал стихотворение, которое написал, порвав отношения со своим бывшим агентом. Оно звучало примерно так:

Бедняга! Он отличался столь редкостным отсутствием каких бы то ни было положительных качеств, что я, знаете ли, даже в определенной мере ему сочувствую. Не будь я, по счастью, частным детективом, мы бы, вероятно, нашли с ним общий язык.

— Вы стали бы шантажистом? — скептически спросил Лестрейд.

Холмс сделал протестующий жест.

— Вы никогда не сможете обвинить его в шантаже. Он слишком умен, чтобы попасться. Именно он привел юного поэта Суинберна в один аристократический дом с дурной репутацией. В том салоне на Сиркус-роуд, у Риджентс-парка, золотая молодежь проводила праздные вечера в обществе розовощеких красавиц, предаваясь забавам в духе маркиза де Сада.

Как ни странно, при последних словах Лестрейд, обычно вовсе не склонный к смущению, вдруг густо покраснел.

— Хауэлл и Суинберн обменивались письмами, в которых обсуждали эти довольно невинные юношеские увеселения, — продолжал рассказывать мой друг. — Десять лет спустя, на пике своей славы, поэт получил от старого знакомого записку: оказалось, что Хауэлл сохранил все послания Суинберна в памятном альбоме, который ввиду денежных затруднений вынужден был заложить и теперь затрудняется выкупить. Потерявший терпение ростовщик грозился немедленно выставить вещицу на аукцион. Через неделю адмирал Суинберн и его супруга леди Джейн заплатили очень крупную сумму за то, чтобы вернуть из ломбарда хронику похождений своего сына.