И поскольку оба изначально рассчитывали на покупателей с самым взыскательным вкусом, способных не только оценить достоинства предложенного товара, но и заплатить за него высокую цену, то опростоволоситься перед ними было никак нельзя.
Выход Андрэ видел один: каким-то мистическим образом заполучить земли во
Французских, пардон, Фриницийских Альпах. Которые, на минуточку, принадлежали короне.
Только там овечки барона могли чувствовать себя комфортно и производить шерсть заявленного качества. Это – раз.
Два – расстояние до этих самых прекрасных гор. В пересчёте на наши меры длины, всё хозяйство, в случае удачи с получением прав на желанные земли, предстояло перетащить на восемьсот километров. В условиях существования железных дорог это бы не стало слишком большой проблемой. Но здесь-то, дулю нам, а не удобный быстроходный транспорт - он в этой эпохе ещё только готовился появиться.
Далее следовало понимать, что перевозиться придётся практически на голое место и всё опять поднимать с нуля.
Это что касалось самых первых чисто технических проблем. Действительно, как выразился
Андрэ, «исполнить возможно, но очень непросто».
Лично я предположила, что по первому пункту особых препятствий возникнуть было не должно. При условии, если найдётся способ прорваться с этим предложением к королю и грамотно его подать. Ну какому доброму хозяину понравится, что его земли простаивают вхолостую и не приносят никакого дохода? Это же просто дураком быть надо. А у нас во власти, насколько можно было понимать, стояли люди совсем неглупые.
Вряд ли, наверное, стоило надеяться, что площадь необходимых размеров Андрэ мог получить в дар. Как, например, наше государство (был, помнится, момент) запускало программу по освоению пустых земель и предоставляло их отчаянным гражданам, готовым поднимать эти дикие кучеря до цивилизованного состояния. Пусть их величества даже пожадничают на подобные щедроты или не захотят упускать свою выгоду от развития новой для страны отрасли. Но, хотя бы, на условиях, грубо говоря, аренды – почему нет? Особенно учитывая, что местные добровольно в эти горы вовсе не стремились. Предпочитали греть пузо в тепле и заниматься традиционным виноделием.
Все остальные технические трудности – уже вопросы исключительно воли к победе, силы желания и выносливости нервной системы. Я знала, что такой человек, как Андрэ не станет пасовать перед возникшими сложностями и обязательно справится. Будет мне и шерсть, и мануфактура, и сбыча всех материальных в купе с творческими мечт… А вот Андрэ здесь рядом не будет. И от того, вдруг, стало чертовски грустно."
"Такая вот ерунда. Я всей душой желала этому замечательному мужику успеха. Но то, что он уедет (а он обязательно это сделает), расстроило – сил нет.