Девушка поступает в престижную академию, где преподают красивые фейри и могущественные менталисты. Скрывая свою истинную природу под маской простушки, она неожиданно привлекает внимание высших лордов. Теперь ей предстоит разобраться в запутанных отношениях, опасных интригах и собственных...
И в целом в ее повадках есть что-то знакомое, но даже если это лишь догадки, я не стану таиться, - сказал лорд, глубоко вдохнул и продолжил более певучим, бархатным голосом, закручивая вокруг себя флер, - По праву признанного сына, взываю к тебе, мой Изумруд. Слышишь ли меня, дом наших душ? Видишь ли меня, кров наших жизней? Можешь ли ответить на мой вопрос?
У ног Фаворры трава покрылась мелкими фиолетовыми цветами, к нему слетелись и закружились над головой бабочки, ветер ласково мазнул теплым крылом, сплетая из шелеста и порывов совершенно нечеловеческий шепот:
- Слышу, вижу и отвечу, многоликое Дитя мое.
Ого. В прошлый раз обращение получилось лишь с моей помощью, а сейчас лорд легко зовет Холм напрямую. И у него получается. Волосы и полы камзола трепетали под легкими воздушными мазками, похожими на странную ласку.
Лорд закинул голову, поднимая лицо к небу:
- Возможно, я нашел королеву. Постараюсь доставить ее во дворец.
- Поторопись... - ответ был настолько тих, что я скорее догадалась, чем услышала. - Кто-то прорывает Вуаль, многоликое Дитя мое. Мне нужна помощь, а Трону нужен Венец...
Голос, и до этого едва слышный, полностью перешел в уже неразборчивый шепот.
- Холм слабеет, - ровно сказал Фаворра, выпрямляясь и разворачиваясь ко мне. В его зрачках все еще сияли искры, но сам цвет мне показался не таким зеленым как обычно. А скорее близким к бирюзе. - Ева, что-то случилось? Ты... плачешь?
Слабый намек на синий отсвет в его глазах вытеснил плохое настроение, внезапно захлестнувшее меня с головой, когда я увидела легкость его общения с Изумрудом.
- Наверное, от ветра, - я моргнула, сбрасывая с ресниц соленые капли, - и почему-то саднит сердце.
Не понимаю, и до этого было немало причин для грусти. Но я с детства тренированный ""боец"", сражающийся за здравость собственного мироощущения с армиями чужих, постоянно атакующих меня эмоций. Не могла я до слез расстроиться, обнаружив, что Фаворра стал ближе Изумруду. Скорее сцепила бы зубы и принялась обдумывать что можно еще сделать."
"Нет, причина была в другом. Что-то мелькнуло в памяти, нечто чуждое и одновременно пугающее. А это значит - сознание подбросило мне какие-то образы или из воспоминаний Кусаки или - самого Фаворры... Первому я пыталась помочь и едва не утонула в чем-то страшном, а со вторым разделила какие-то образы в саду.
Теперь бы точнее понять отчего я заплакала.
Собрав всю волю в кулак, я поймала за кончик крошечную, быструю как горная рыбешка картинку.
