В холодных фонарях ночного города, где каждый шаг может быть последним. Евангелина, недавно получившая специальное удостоверение психолога, переезжает в Ночной Отряд — команду полицейских оборотней и вампиров. Теперь менталист первой ступени становится частью необычной семьи, где каждый день открывает новые секреты жизни и смерти....
Разгораясь, сияя с каждым мгновением все ярче. Слова клятвы порождали едва слышную музыку, собранную из множества звенящих игольчато-колких звуков. Я с трудом удержалась, чтобы не закрыть уши ладонями. Вдруг обижу, да и кот оттягивал руки.
Лорд выхватил из-за пояса тонкий прозрачный кинжал и одним росчерком взрезал ладонь. Магия, получив кровавую подпитку, взвилась, зашипев. Многочисленные искры затанцевали в воздухе, чтобы тут же сорваться и разлететься в стороны.
— Сигналит, — завозился кот, хлопнув мне по бедру пышным хвостом, — сообщает рубинам, дескать, отдавайте мне магию.
— А потом что с собранным будет делать? — прошептала я."
"— Как что делать?! Тьфу на тебя, Евка, несообразительная какая. Конечно, Вальтезу отдаст. Все лорды ему силушку сольют. А иначе как этот хмырь огромную махину подчинит?
Я присутствовала на редчайшем событии, нечасто Холмы получали новых хозяев. И хотя в нашем случае узы повторно восстанавливались бывшим владельцем, сама ситуация-то редчайшая.
Всполохи магии стали почти физически ощутимыми, когда поющему Рубину начал вторить Сапфир.
— Я, Ал’лигаэль, третий принц…
Вокруг прекрасного принца, с бледным лицом и ледяными глазами закружили крошечные молнии. Пронзительно белые, они взлетали и тут же стреляли короткими, хлесткими разрядами.
Аура холода, к моему удивлению, не подавляла огонь рубина, а искусно вплеталась в алые языки ауры соперника.
Стоящий рядом со мной Диего неожиданно мелодичным припевом присоединился к остальным лордам, добавляя новые ноты в единую музыку.
Магия начала ощущаться физически, становясь плотной, маслянистой, хоть ножом режь.
Лорды принялись выламывать крупные кристаллы прямо из обшлагов камзолов и… поить их смесью крови и магии. Диего с явным напряжением вызвал острый коготь на пальце, чтобы сделать разрез по ладони. Простейшая трансформация далась ему не просто, и я нахмурилась, ощутив вновь появившееся беспокойство за Бродягу.
— А наш-то ничо так, — пробурчал Кусака, — и не сказать, что в подворотне слепыша воспитали. Гены пальцем не раздавишь!
Налившиеся энергией кристаллы лорды протянули Вальтезу, и в руках бангира чистым волшебным светом засиял венец, украшенный драгоценностями трех цветов.
Его фигура окуталась искрящейся, почти слепящей аурой.
— Пора, — сказал он. И в воздухе послышался отдаленный едва слышный перезвон незримых колокольцев.
