В холодных фонарях ночного города, где каждый шаг может быть последним. Евангелина, недавно получившая специальное удостоверение психолога, переезжает в Ночной Отряд — команду полицейских оборотней и вампиров. Теперь менталист первой ступени становится частью необычной семьи, где каждый день открывает новые секреты жизни и смерти....
Его нестабильный разум производил клубы чувств, непреднамеренно создавая твердый, устойчивый кокон. Жуткая сила бангира оказалась не способной пробить его одним простым ударом.
— Помогаю, лорд, — дернулась Присцилла. — Ева, не стой!
Я увидела, как ее ментальные щупы скрутились в отросток, напоминающий руку. Она потянулась к Дэйву и сдернула крупный клубок эмоций, ослабляя защиту. Некоторое время узел качался в воздухе, а потом брюнетка, недолго думая, перекинула его Тень сапфирового сидхэ. Малорослик с красной шапкой получил при этом дополнительную энергетическую подпитку, завизжал что-то невразумительное и с удвоенной силой принялся рубить пауков.
"Ох. Не я одна умею перетаскивать эмоции.
Под сощуренным взглядом Присциллы я неуверенно стянула с Дэйва небольшую эмоциональную ленту, дернула ее, помогая коллеге. Бороться с собратом по беде, даже впавшем в безумие было… больно душевно. Но и выбрать другую противоборствующую сторону я не могла.
— Слушай меня, мальчик! — продолжал напевать Вальтез.
Лорд медленно приближался к растерянно моргающему кузнечику, боевые навыки которого оказались на весьма скромном уровне, а привычка подчиняться — окончательно и довольно скоротечно решила исход дела. Куда только делись прежние болтливость и бравада. Сейчас он напоминал скорее потерявшегося мальчишку, застывшего под слепящим подавляющим прессом магии. Его волю сломали почти мгновенно, и это очень пугало.
— Дриад хочу!
— У тебя будет много разных красивых девушек, на многое готовых.
— Я могу взять вон тех? — Дэйв ткнул пальцем в нашу с Присциллой сторону. И брюнетка, до сих пор не понимающая кто это такой и почему его надо уговаривать — не выдержала.
— Что это за хмырь низкоуровенвый? — прошептала она мне, одновременно вытаскивая из-за пояса не вовремя звякнувшие наручники-блокираторы.
Ох, только не это…
Кусака разразился площадной бранью, половину слов из которой я просто не разобрала. Вальтез с новой силой полыхнул флером. Но было поздно.
Глаза Дэйва распахнулись, теряя сонную муть, только что навеянную бангиром.
— Нет! Не-е-ет! — тонко закричал он, вскидывая руки в защитном жесте. — Слуги, убейте их! Убейте! — изо рта кузнечика пошла пена, его буквально заколотило от страха. И с веревок начали спрыгивать пауки.
