Автор
В шестьсотку для Робинзона ты забросишь все свои сбережения — будь то десяток рублей или десятки тысяч. Я уставилась на мелкие остатки телефона — и тут же поняла, что даже самый маленький предмет может рухнуть со стола и исчезнуть навсегда. Этот рассказ о том, как из ничтожества можно вырасти критически важной задачей....
– Ну ты, блин, не шоумен! – просипел Семен между строчками песни. – Зачем нам разлучаться? Бери миску! Зачем в разлуке жить… Хватай Петяшу! Не лучше ль обвенчаться… Кричи про гадание! Да жить и не тужить. Разлука-а-а!
– У-у-у, – выводил Петяша.
– А-а-а… – поддавшись общему настроению, совершенно неожиданно для себя заорала и я. – А-а-а…
Собачка примолкла, на ее морде появилось совершенно человеческое изумление, затем досада. Похоже, Петяша привык петь исключительно с Сеней, меня он посчитал конкуренткой, поэтому постарался вытеснить соперницу с площадки и взвыл с особым тщанием:
– У-у-у!
– А-а-а… – невесть зачем вывела я погромче.
– Тужи-и-ить, – дискантом пропищал Сеня. – Эй, Дашка, я солист, ты ромала, не путай. Начинай гадать, не корчи из себя Баскова, все равно не получится.
– Естественно, Басковым мне никогда не стать, он мужчина, – огрызнулась я и, схватив истошно воющего Петяшу, закричала что было мочи: – Граждане! Предсказываем будущее бесплатно!
– От дура… – разозлился Сеня.
– Что не так? – удивилась я.
– Не умеешь народ зажечь, – вздохнул Семен. – Слушай, как надо. Внимание, внимание! Только сегодня и только у нас! Уникальная пара: Петяша и мадам Кунг-Фу! Проездом из Парижа в Лондон!
– Москва им как раз по дороге, – не выдержала я. – Кстати, кунг-фу не имя, а название единоборства, причем вовсе не цыганского.
– Больно ты умная, – шепнул сын Галины. – Тряси монистой! Люди, наше гадание бесплатное! Испытайте судьбу! Битте-дритте, фрау-мадам, кто первый?"
"– Я! – закричала пухленькая девочка лет пятнадцати.
– Мы же не Карабас-Барабас. Мадам Кунг-Фу, реверанс! – приказал Семен. – Ать, два!
Я сделала книксен.
– Офигела? – рассердился Сеня. – Вприсядку плясать решила? У нас не ансамбль Моисеева!
– Сам сказал – реверанс, – оправдалась я.
– Реверанс, значит, хватай миску, – захрипел Сеня. – Ну до тебя, наконец, суть доперла? Бланманже-пергидроль!
Я поняла, что Семен выкрикивает незнакомые ему по смыслу, но очень, на его взгляд, по-цыгански звучащие слова, и решила действовать на свой страх и риск.
– Гав, – укоризненно произнес пес и начал царапать меня когтями. – Гав.
Я изменила движение руки, мисочка оказалась под носом у Петяши, умная собачка зубами схватила одну тубу и глянула на меня.
– Спасибо, милый, – с чувством произнесла я, забрала у пса капсулу и отдала юной клиентке.
