Автор
В шестьсотку для Робинзона ты забросишь все свои сбережения — будь то десяток рублей или десятки тысяч. Я уставилась на мелкие остатки телефона — и тут же поняла, что даже самый маленький предмет может рухнуть со стола и исчезнуть навсегда. Этот рассказ о том, как из ничтожества можно вырасти критически важной задачей....
Мой мобильный ожил, едва я села за руль.
– Слушаю, – буркнула я.
И тут же разозлилась на себя. Ну, когда я приучусь смотреть на экран, чтобы сначала узнать, кто желает со мной общаться, и уж потом принимать вызов?
– Добрый день, – проворковал Феликс Жанович. – Как дела?
– Прекрасно, – бодро ответила я, – лучше не бывает.
– Сегодня изумительная погода, – зачирикал Маневин, – можно съездить на пикник.
От последнего слова меня передернуло и вдруг накатило раздражение. По какой причине милейший Феликс Жанович усиленно пытается завязать дружбу с не очень симпатичной, не богатой, не знаменитой женщиной? Он вроде бы случайно столкнулся со мной во дворе дома Вадима, почти сразу пригласил в дорогой ресторан, в «Библиотеку», и в итальянскую тратторию, а сегодня намерен отвезти меня на природу.
– Предлагаю воспользоваться солнечным деньком, – пел антрополог. – Московская погода капризна, а по выходным она, похоже, за что-то мстит жителям мегаполиса. Едва приближается вечер пятницы, как начинаются нудные дожди, которые прекращаются лишь в ночь с воскресенья на понедельник.
– Отличная идея, – тщательно скрывая раздражение, произнесла я, – но у меня полно работы.
– Не хотите в лесопарковую зону? – неправильно понял меня Маневин. – Есть другой вариант – трактир на берегу Москвы-реки. Один мой знакомый открыл ресторацию вблизи Северного речного вокзала.
– Спасибо, но я не успею, – решительно отвергла я любезное предложение. – Спешу на бульвар Матросова, там у меня неотложная встреча, которую я не смогу завершить быстро.
– Бульвар Матросова? А какой дом? – полюбопытствовал профессор.
– Номер один, – не подумав, выпалила я и тут же осеклась. Зачем Феликсу Жановичу понадобился точный адрес?
– Великолепно знаю эту улицу, – обрадовался антрополог, – у меня на ней живет… э…
Мое терпение лопнуло.
– Только не говорите, что матушка-старушка вместе со своим веселым пуделем перебралась на вышеназванный бульвар!
– Чья мама? – растерялся собеседник.
– Ваша, – ехидно уточнила я.
– Она живет в центре, – ляпнул он.
«Вот те на! А как же Чапаевский проезд, куда вы спешили после посещения магазина для животных?» – хотела спросить я, но чудом удержала язык за зубами.
