Автор
В шестьсотку для Робинзона ты забросишь все свои сбережения — будь то десяток рублей или десятки тысяч. Я уставилась на мелкие остатки телефона — и тут же поняла, что даже самый маленький предмет может рухнуть со стола и исчезнуть навсегда. Этот рассказ о том, как из ничтожества можно вырасти критически важной задачей....
Как она, со своим немалым размером, уместилась в торте?
Остальные посетители кафе, похоже, онемели, в зале стало тише, чем в полночь на кладбище.
– Послушай, – тихо сказала я, – если Робинзон, тот самый, с шестью сотками все же сделает мне предложение, то я точно не захочу такую свадьбу. Уж лучше по-тихому уехать в Париж, как считаешь?
Маневин заулыбался:
– Думаю, Робинзон будет согласен, ему тоже не нравится подобное торжество.
Тем временем женщина в розовом купальнике успела выбраться из кондитерского изделия, огляделась по сторонам и ринулась вперед:
– Сы́ночка! – завопила она, подбегая к оторопевшему мужчине. – Вешаю тебе на шею амулет. Его сделал сам Вадим Сперанский, лучший на свете колдун!
– Ольга Тимофеевна… – опешила я.
– Ты ее знаешь? – поразился Маневин.
– Ага, – зашептала я. – Она – клиентка Сперанского, хочет для сына невесту с капиталом. Вадик велел ей надеть на шею деточки талисман и предупредил, что сделать это надо при ярком свете, непременно одевшись в розово-блестящий наряд, причем максимально открытый, ну и чтобы был торт, и чем он больше, тем жирнее окажется приданое невесты.
– Судя по всему, парень поведет к алтарю владелицу копей царя Соломона, – усмехнулся Феликс, наблюдая, как Ольга Тимофеевна вешает на отпрыска цепь с мешком.
Я опустила взгляд в тарелку с пирожными. Лично у меня нет знакомых мужчин, чья спутница жизни целиком и полностью нравилась бы их матушкам.
Я схватилась за эклер. Чтобы брак оказался долгим и удачным, надо держать супруга под контролем, а для этого в первую очередь нужно уметь контролировать себя."
