Автор
В шестьсотку для Робинзона ты забросишь все свои сбережения — будь то десяток рублей или десятки тысяч. Я уставилась на мелкие остатки телефона — и тут же поняла, что даже самый маленький предмет может рухнуть со стола и исчезнуть навсегда. Этот рассказ о том, как из ничтожества можно вырасти критически важной задачей....
Сеня, лежавший на полу, зашевелился, сел и, не открывая глаз, спросил:
– Горим?
Галя, свернувшаяся клубочком на маленьком диванчике, пробасила:
– Кого бьют?
– Ой! – еле удерживая дрожь, взвизгнула я, указывая пальцем на ярко-зеленое лохматое существо, сидящее на обеденном столе.
Странному созданию явно не понравилась моя реакция – оно сгорбилось и как-то осуждающе наклонило голову. Я увидела, что на морде не пойми кого очки в ярко-красной оправе, и совсем лишилась дара речи.
– Петяши испугалась? – засмеялась Галина.
– Он кто? – с ужасом прошептала я.
– Петяша, – прозвучало в ответ.
– В смысле породы, – уточнила я.
– Марсианский предсказатель, – объявил Сеня, вставая с пола. – Зеленый собак. Прилетел на астероиде из другой галактики.
– Нам бы чайку, – вкрадчиво попросила Галя, – кипяточку без сахара.
Я подошла к столу, разглядела «пришельца» и поняла, что передо мной моська неизвестного происхождения, скорей всего плод мимолетной страсти болонки и терьера. Шавку покрасили, наверное, зеленкой, а очки – это просто аккуратно нарисованные круги вокруг глаз.
Посадив лягушку в большую стеклянную кастрюлю, я сердито сказала:
– Снимите зеленого со́бака со стола.
– Он кушать хочет, – заныла Галина. – Ему подойдет любая хавка, хоть скорлупа от орехов.
Я молча включила чайник, достала из шкафчика заварку, поставила на стол плавленый сыр, положила на доску батон.
– Поджарь тостики, а? – попросила навязчивая гостья. – Я не ем свежий хлеб, это для здоровья вредно. И лучше бы мне кофейку. Со сливочками.
– Мне к двум на работу, – твердо сказала я после того, как гости наелись.
– И нам на службу надо, – кивнула Галя. Поймала мой недоумевающий взгляд и пояснила: – Мы приехали денег насобирать. В Макаровке клиентов мало, вот и подались в Москву. Думали, Надька с Нинкой по старой дружбе помогут, а бывшая невестка, злобина, вытурила нас!
– Надя не жена Семена? – уточнила я.
– Не-а, – пропищал Сеня, – четыре месяца, как разбежались.
Галя оперлась грудью о стол.
– Ты вообще что о сестричках знаешь?
– Ничего! – честно ответила я. – Нанялась к Нине и Вадиму по объявлению. О том, что у хозяйки есть родная сестра, выяснила только вчера, когда та неожиданно явилась к Сперанским в дом.
– Ай-ай-ай, неосторожно так на службу устраиваться, – укорила меня Галина, – мало ли куда попадешь. Неразумно ты поступила.
