Ну не мог же он не понимать, что его афера бессмысленна?! Любой суд, и королевский в первую очередь, признает законность завещания и тогда барону грозит тюремное наказание.
Попытка кражи завещания – это всего лишь жалкая отсрочка. Потому что все документы, заключённые поверенными,имеют магические копии. Иначе суды были бы завалены многочисленными исками, связанными с утерей, уничтожением или утаиванием документов. Поэтому преступления на этой почве очень редки, просто потому что почти невозмoжны.
Поэтому Ника особо не волновалась, но похищение брата, рассказ Ника заставили её думать: а здоров ли дядюшка? Всё ли в порядке у него с головой? Ну, не может же здравомыслящий человек совершать такие глупости?!
Показался поворот на дорогу к старому лесу и мысли Веры переключились на брата. Ей казалось странным, что она так долго и с таким трудом искала его. Ведь на родовых землях её магия не имеет преград. «Естественных!» - озарило её вдруг. А если барон применял сильные укрывающие артефакты,то тогда понятно, почему она долгo ждала отклик и почему затратила столько сил.
А если и у брата отобрали все артефакты,то еще понятней. Но… артефакты отобрали, защитные и укрывающие артефакты поставили… Α как же она тогда до него дотянулась? Значит, на мальчишке всё-таки что-то было. Что-то на кровной магии. Обычно так делают поисковые амулеты. «Да, скорее всего, - решила Вера. - Ника беспокоилась о брате и сделала что-то незаметное, но эффективное. Посмотрим потом.»
Никлос, скачущий впереди вдруг поднял руку, призывая к вниманию и остановке. Γартнер немедленно оказался рядом с ним. Да и Вера тоже.
- Что? – нетерпеливо спросила она у сводного брата.
- Защитный барьер Донелли. Нас с тобой пропустит, а остальных…, — Никлос пожал плечами.
- Значит, пришло время слать вестника барону, - мрачно заявил герцог. - Как вы и договаривались.
- Да, – согласился Ник и, набросав только два слова: «Это я», хотел отправить вестника.
Но его остановил требовательный жест герцога,который собрался проверить послание. Не обнаружив другой магии, кроме магии вестника, а также тайных знаков и намёков, герцог вернул записку Нику, оставаясь таким җе суровым и недовольным. Теперь оставалось ждать.
- Я смогу снять барьер, – доложила Вера герцогу, если барон не откроет его. - Но в таком случае он сразу узнает об этом и примет меры. Может, и сбежит вместе с Мартином куда-нибудь.