В помещении протокольного отдела, где стоял традиционный аккуратизм Ирины Королевой, все изменилось. Папка с документами висела у нее на груди как маятник, ожидая момента рывка и падения. Казалось, что время застыло, словно замороженный водой стакан на рабочем столе Ирины....
Похоже, «Шестерки умирают первыми» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Когда он был еще капитаном и старшим опером в районном управлении, один остряк скаламбурил: «Чем тише Заточный разговаривает, тем ближе перспектива заточения в камеру».
Было у генерала еще одно «секретное» оружие. Знали о нем все, кто был с ним знаком, но уберечься почти никому не удавалось. Иван Алексеевич Заточный умел улыбаться. Да не абы как, дежурно раздвигая губы, когда глаза остаются пустыми и равнодушными, а искренне, радостно, сверкая безупречно ровными зубами. Его желтые тигриные глаза в такую минуту, казалось, излучали свет, как два маленьких солнышка, обогревая собеседника неожиданным ласковым теплом, а лицо выражало такую приязнь и добродушие, что устоять было невозможно.
— Заходи, Артур, — приветливо произнес генерал, выходя из-за стола и шагая навстречу Мукиенко с протянутой рукой.
Полковник ответил на крепкое рукопожатие и настороженно взглянул на начальника.
— Бить будете?
— Сначала разберусь, — улыбнулся Заточный. — Присаживайся. Я люблю новости из первых рук принимать, а не подержанные, как на барахолке. Когда вещь через десятки рук пройдет, разве поймешь, как она выглядела, когда ее на фабрике сделали?
— С самого начала рассказывать?
— С самого что ни на есть, — подтвердил Иван Алексеевич."
"— На прошлой неделе поступил сигнал от сотрудника финансово-планового отдела одного из заводов, расположенных в Уральске-18, — начал Мукиенко, стараясь излагать последовательно, чтобы генералу было понятно, но не слишком подробно, чтобы не затягивать.
