В этой книге вы найдете инструкции для выживания в мире с палеолитической фауной. Автор, опытный путешественник 90-х годов, перенес главного героя из современной реальности в далекое прошлое, чтобы показать, как действовать в экстремальных условиях.
Рана моментально вспыхнула адской болью, как будто когти были смазаны ядом или кислотой, кровь моментально залила левую глазницу, но глаз, я надеялся, уцелел. Хотя тело почти не подчинялось, чувствительности я не терял. Остроухий ублюдок поднес кисть ко рту и, слизнув с пальцев красные капли, задумчиво кивнул как будто собственным мыслям.
— Все правильно. Ты тот, кто мне нужен, — промолвил он.
Сидя рядом на корточках, ушастый внимательно таращился на меня своими серебристыми бельмами. Чувствуя неумолимо охватывающее тело оцепенение и изо всех сил пытаясь этому противостоять, я заскреб еще сохраняющими подвижность кистями рук по земле.
— Кто ты?
К моему удивлению, он ответил:
— Валар.
— И что это должно значить?
— В этом мире нас называют богами, — отозвался он.
«Понятно — манией величия не страдал, хотя временами и мучился», — пронеслась в голове шальная мысль.
Еле ворочая ставшим непослушным языком, я продолжал задавать вопросы.
— Ну а что тебе нужно конкретно от меня? — поинтересовался я.
— Твоя жизнь, — спокойно просветил меня Валар.
Исчерпывающая информация. Спрашивать «Для чего?» я не стал. Если до сих пор жив — значит, зачем-то ему нужен, а это — шанс!
Не дрогнув лицом, последним усилием немеющих пальцев я вогнал острый осколок обсидиана себе в бедро…
Глава 2
Волк остался бы жив, если бы не заговорил в темном лесу с незнакомой девочкой в красной шапочке!
К. МелиханМою жизнь никак нельзя было назвать пресной и скучной, отнюдь! Но временами я чувствовал, что принадлежу другой эпохе, остро завидуя героям Хаггарда, Буссенара и Майн Рида, для которых на земле оставалось достаточно белых пятен.
Для меня вся эта история началась чуть больше месяца назад в не самый светлый день жизни звонком из прошлого. В другой раз я, может быть, и послал бы всех лесом, но тогда не сподобился, а потом стало поздно — все закрутилось и понеслось. Впрочем, по порядку.
