Пуля сбивает жестянку, и я, довольная маленькой победой, достреливаю патроны. Семь из десяти. Вот мой результат. Неплохо. Даже получаю какой-то глупый брелок с дельфинчиком, который тут же исчезает из моих рук и тонет в кармане джинсов Арсения.
– Эй! – возмущаюсь я.
– Что? У нас же свидание? Ты должна мне подарок на память, – насмешливо заявляет Сеня, принимая оружие и прицеливаясь.
Арсений выбирает самую тяжелую игру. Двадцать выстрелов по маленьким крутящимся домиками на самом верху. Промахиваться нельзя, но и призы тут классные: плеер, огромный медведь, ролики и вертолет на радиоуправлении.
– Я думала, это ты должен выиграть мне приз, – вторю его интонации, складывая руки на груди.
– И я выиграю, – отвечает без сомнений или дурачеств. Абсолютно серьезно. – Поцелуй на удачу?
– Обойдешься. Ты же у нас крутой, так докажи, – вскидываю вверх подбородок. Не только ему можно дразниться.
– Запросто, Шипучка. Смотри, как это делают профессионалы.
И я смотрю. Смотрю и не верю своим глазам. Быстро. Четко. Один за одним домики падают. Его выстрелы с интервалом в секунду, словно часы. Парнишка за прилавком стоит, распахнув глаза и открыв рот, я, наверное, выгляжу так же. Двадцать из двадцати. Невероятно.
– Выбирай себе подарок, – произносит Сеня, улыбаясь, и откладывает воздушку.
– Спецназ, Ника. «Любые задачи в любое время в любом месте».
– Какой приз выбираете? – голос паренька возвращает меня в реальность.
– Вертолет, – отвечаю я и тут же слышу звонкий смешок.
– Ты не перестаешь меня удивлять. Любая другая выбрала бы медведя, ну или плеер на крайняк, но ты…
– Я не кто-то там, кого ты знаешь, – забираю свой подарок, укоризненно глядя на Арсения. Не надо меня ни с кем сравнивать так открыто. Это не очень приятно.
– Это точно, – Арс трет пальцами подбородок, и я залипаю на этот жест. Почему он такой красивый? – Поцелуй победителю?
– Обойдешься, – усмехаюсь, освобождаясь из пут его обаяния, и отхожу от тира.
Сеня тут же пристраивается рядом именно с той стороны, где рука у меня свободна, и захватывает ее в плен.
– В конце концов ты сдашься, – негромко произносит он, наклоняясь ближе.
Его запах… Терпкий, мужской. Чистый кайф. Я бы сдалась ему прямо сейчас, если бы была уверена, что его интерес не пропадет в этот же момент.
Я долго думала о том, почему он все это делает, и, кажется, догадалась. То, что я сбежала тем утром, задело его самолюбие. Все его знакомые девушки, наверное, от него без ума и никогда бы не ушли сами от такого парня.
