— Напрасно, — тихо заметила Лилия. — Не люблю вранье.
Арман усмехнулся, но не выпустил ее ладонь из своих рук.
В просторной белой палате стояла только одна кровать, на которой лежала Алисия. Рядом неотлучно находились сразу две сиделки. Многочисленные проводочки и трубочки опутывали тело несчастной. Синие веки, белое, под цвет стен, лицо. Как могла цветущая молодая женщина в одночасье превратиться в живой труп?
Лиля подняла на Армана глаза, полные тревоги. Он словно прочел ее немой вопрос и опять зашептал на ухо:
— Ей вкололи фентанил. Принудительная инъекция. Она перед отъездом выпила с подругами виски.
— Алиса, кажется, вообще не пьет спиртное.
— Человек, вколовший ей яд, тоже так думал, — отрезал Арман. Лиля пожала плечами.
— Ее вылечат? — с надеждой в голосе поинтересовалась она.
— Вопрос нужно поставить иначе. Можно ли ее спасти? Наверное, нет. Мозг медленно умирает. С каждым днем действующих нейронов становится меньше. Остались считанные дни.
К Арману подошла одна из сиделок. Попросила подписать какие-то бумаги. Он придирчиво перечитывал каждый лист и ставил внизу размашистую подпись. Лиля, воспользовавшись тем, что получила долгожданную свободу, неслышно ступая, подошла к постели больной. Села на свободный стул, взяла Алиску за руку.
— Поправляйся, Алисочка, — прошептала по-русски. — Твоя дочка ждет тебя. И Витька будет рад, если ты вернешься. Проснись, милая. Открой глазки.
Арман смотрел, как, по сути, чужая женщина оплакивает его незаконнорожденную дочь, как слезы бегут по ее щекам. Кто ей больная? Случайная знакомая? Любовница друга детства? Повезло Алисии, что у нее появились такие друзья. Но вместо того, чтобы цепляться за этих людей зубами, воспитывать дочку, любить этого строгого русского мужика, она опять вильнула хвостом, возжелав свободы. Вся в мать.
Обратно, через большой больничный двор, шли молча. Арман подбирал слова, чтобы пригласить неприступную красавицу на прогулку в парк, в ресторан, к себе в постель. Лилия удрученно брела рядом, засунув руки в карманы пальто. Видимо, не желала, чтобы он брал ее за руку, или замерзла. Ничего, он согреет ее, и настанет время, когда она будет жаждать его прикосновений.
Пройдя через арку, отделяющую клинику от улицы, Лиля остановилась. Нужно попрощаться и идти прочь. Слишком сильно действует на нее этот человек. Так и до беды недалеко.
Он опять взял ее за руку.
— Приглашаю вас на прогулку. Здесь недалеко Английский парк, — тихо проговорил он и добавил намекая: — Мы могли бы приятно провести время.
— Простите, но я не заинтересована. Спасибо за возможность повидаться с Алисией. До свидания, — тихим голосом попрощалась Лилия и шагнула в сторону. Тотчас же к тротуару подъехала знакомая машина. Лиля быстро села на заднее сиденье.