То, что не совсем простая смертная, всем и так ясно будет. Ни на какие предложения без одобрения нашего педсовета не соглашайся. Никакие подарки ни от кого не принимай – у некромантов чувство юмора сильнее чувства жалости. Не садись на чужих драконов, и боже упаси тебя упокоить чужого мертвеца – это вопиющая невежливость в среде некромантов. И самое основное: если почувствуешь, что всё окончательно плохо – директора зови!
– Разгильдяи! Ещё один такой промах – вас самих в могилы на сутки упакую! – разорался материализовавшийся рядом с гробом высокий стройный шатен, махнул рукой – и гроб исчез в неизвестном Василисе направлении, унеся с собой и тошнотворный запах разложения. – Кто тут противно визжит над ухом? Первый курс?
Мужчина развернулся к Василисе, продемонстрировав длинное лицо с орлиным носом, ярко-алые тонкие губы и чуть выступающие верхние белые клыки. Как ни странно, эти нюансы внешности не мешали ему выглядеть сногсшибательным красавцем этакого хищного типажа. Красавец поморщился и сухо бросил Яге:
– Она у вас что – не урождённая?
– Нет, она случайно инициированная. – Яга поспешила любезно улыбнуться. Вампир скривился, проворчал: «Какая нервная девица, только бы не ко мне в группу», и улетучился в прямом смысле слова: взвился и скрылся в открытом окне третьего этажа. Яга распрямила Василисе плечи, приподняла её подбородок и мазнула румянами по белым щекам. – Это чтобы стражи дверей за неупокоенную тебя на входе не приняли. Держи путеводный клубок – он на деканат настроен, а там тебя уже Мара ждать должна. Обратно она тебя выведет, но дорогу на всякий случай запоминай, иначе сама ко мне можешь и не выйти.
Шагая за путеводным клубком, весело подскакивающим на ступеньках и шустро катящимся по ровному паркету коридоров, Василиса, стиснув кулачки и зубы, храбро осматривалась в своей новой альма-матер. Роскошные занавеси до пола, висящие на окнах, шевелились, меняли цвет и время от времени с гнусавым хихиканьем перепрыгивали с окна на окно, меняясь местами с соседями. Духи-уборщики, как и в школе деловито сновавшие тут и сям, строго грозили псевдо-занавескам сухонькими кулачками и ругались:
– Хорош пылить, а то вам мигом ещё пятнадцать суток отработки за безобразия добавят! Благонадёжные привидения, а спокойно шторами повисеть не могут! Как на кладбищах хулиганить и студентам практики срывать – так все горазды, а как за поступки свои отвечать – так скучно им, видите ли.