Автор
В звонке полковника Гурова, где он ссорится со своей женой за ее вежливость, черты драматичной школьной бойни начинаются. Кипящий конфликт между взрослыми отражается на детях, создавая непростую атмосферу напряженности и нестерпимого ожесточения в тени закрытых дверей школы....
– Что, вот так просто подошли и дали? – недоверчиво поинтересовался Гуров. – Какие-нибудь иностранцы или богатеи с Рублевки?
– Да вот то-то и чудно, что не иностранцы и не богатеи! – хлопнул себя по коленям Беломорканал. – Обычная с виду парочка. Приехали на старом «жигуленке». Сама она одета простенько, да и муж у нее не щеголь. Я так думаю, они в храм пришли помолиться, а после уже как вышли, то и кинули мне деньги-то. А я-то сначала испугался, спрашиваю их: вы, мол, ничего не перепутали? Купюры-то немаленькие.
– Значит, повезло тебе, говоришь, – задумчиво сказал Гуров.
– Еще как! И вот я на радостях-то ошалел и давай болтать с ними. О чем попало, только бы подольше возле себя их удержать и благодарность свою высказать.
– А что про батюшку-то рассказал? – насторожился Гуров. – Он поп-то честный? Не обижает приход, масла-то и миро не ворует? – посмеиваясь, поинтересовался Лев Иванович.
– Нет, он у нас очень солидный священник, – хитро глядя на полковника, ответил Беломорканал. – В смысле каких-то безобразий – ни-ни… Не замечен.
– А не сказывал ли ты этим твоим подаятелям о планах отца Викентия? Например, кого он собирается крестить или, скажем, освящать какое строительство в ближайшее время? Вы ведь тут, – Гуров указал на паперть, – наверняка все о таких вещах знаете.
– А как же, – старик встал и, притушив почти что выкуренную сигарету, припрятал бычок в карман. – Все как есть знаем про всех: и про батюшек, и про матушек, и про деток поповских. Кто, где, с кем… А рассказывал ли я этим двоим про планы батюшки… Так, может, и рассказывал. По старости разве упомнишь? – хитро улыбнулся старик.
Гуров понял, в чем дело, молча вынул из кармана пачку сигарет и отдал ее старику.
