Автор
В звонке полковника Гурова, где он ссорится со своей женой за ее вежливость, черты драматичной школьной бойни начинаются. Кипящий конфликт между взрослыми отражается на детях, создавая непростую атмосферу напряженности и нестерпимого ожесточения в тени закрытых дверей школы....
Вот ответьте мне прямо – нашли вы подозреваемых по этим вашим аферам или не нашли?
– Ну, во‐первых, не неделю мусолим, а только пять дней, – стал оправдываться Гуров. – А во‐вторых, найти-то мы их нашли, да вот беда – снова упустили. Они откуда-то узнали, что ими уголовный розыск интересуется, и бесследно исчезли. Такая оказия! И никто не знает, где они.
– Как так – никто не знает? – Орлов с подозрением посмотрел на своих друзей-подчиненных. – Что-то вы темните.
– Ничего мы не темним, Петр Николаевич, – притворно-обиженным голосом проговорил Крячко.
– Может, у них тоже телефон разряжен? А, Лев Иванович? – усмехнулся Орлов. – Вы мне смотрите, – погрозил он полковникам пальцем. – Не балуйте у меня. Иначе добалуетесь до увольнения, а то и похуже чего на себя накличете, жалостливые вы мои. Думаете, я не догадываюсь, куда ветер дует?
– Нет, Петр Николаевич, не догадываетесь, – серьезно глядя в глаза начальнику, ответил Гуров.
– А что вы знаете? – усмехнулся Орлов.
– Мы знаем только то, что если эти мошенники больше нигде не засветятся, то поймать их в скором времени мы не сможем, – ответил Крячко и вздохнул с притворным сожалением. – Оно, конечно, будет жаль, если мы их и вовсе никогда не поймаем.
– Угу, жаль, – многозначительно повторил за Станиславом Гуров.
– Но зато мы со Львом Ивановичем приготовили тебе к твоему юбилею такой подарок, какой тебе никто больше никогда не подарит, – радостно сообщил Крячко.
Генерал насторожился и с подозрением посмотрел на улыбающихся подчиненных:
– Хм, и что же это за подарок?
– Сей момент, – Крячко вышел в приемную и тут же снова вошел, ведя на поводке неказистого трехмесячного щенка.
Орлов ошарашенно смотрел то на Опера, то на подчиненных и не знал, что сказать.
