Подростки из разных миров собраны в интернате, где учителя вынуждены играть роль Инквизиторов. Они пытаются найти способ вырасти и исправить ошибки, сталкиваясь с тайнами Дневного Дозора и Ночного. Их судьба зависит от соблюдения невидимых договоров.
– Так то ж фашисты, – не унимался Толик. – Мы же читали, там потом, кроме Нюрнбергского процесса, еще Трибунал Инквизиции был.
Дмитрий внутренне порадовался за эрудицию «мертвых поэтов», даже за одно «мы же читали».
– Читать надо внимательнее! Если бы не Инквизиция, ноги бы немецкого солдата тут не было. Социальный эксперимент, который привел к появлению нацистской партии, кто санкционировал? У Инквизиции всегда есть ресурсы что-то прекратить. Или не прекращать.
На самом деле им не должны были этого преподавать, здесь Дмитрий передернул. Такое изучали будущие дозорные и разбирали курсанты в Праге. Картина стандартная, неоднократно воспроизведенная с конца девятнадцатого века. Светлые пытаются исправить человечество. Инквизиция разрешает, наперед предполагая, что будет. Светлые пожинают горькие плоды, Темные довольно потирают руки и пожинают плоды сладкие. До следующего раза.
– А вас они прекратят любой ценой, если посчитают нужным, – закончил словесник. – Если надо, ценой уничтожения города.
– Они сволочи! – вдруг с чувством сказал Толик.
– Они просто не люди, а Иные.
– Дмитрий Леонидович, – опять спокойно заговорил Артем Комаров. – Вы нас что, спасать пришли?
– Ну да, как же, без способностей, – ответил Дреер. – Самый знаменитый спасатель Инквизиции.
– На вас следящих заклинаний понавешали, как шаров на елку в Новый год, – сказал Карен. – Мы их все потерли.
Дмитрий мысленно поблагодарил Стригаля в не самых цензурных выражениях. Впрочем, вокруг него перед отправкой суетились несколько серых балахонов.
– Не знаю я, что с вами делать, – честно признался Дреер. – Только мне надоело вас все время выгораживать!
– А не надо нас больше выгораживать, – ответил Артем. – Мы о себе сами позаботимся. Можем вернуть вам способности, вы просто скажете, чтобы сюда никто не лез. Или можете даже не говорить.
– Я не уверен, что хочу опять быть Иным. Пока вы мне не скажете, что задумали. Если хотите, можете потом знак Карающего Огня наложить. Я расскажу, как это сделать.
– Нет уж! – выдохнула Анна, которая во время разговора как-то отодвинулась от словесника и придвинулась к Артему. – Не надо знаков Огня!
Дмитрий опять испытал укол стыда.
Анна тем временем переглянулась с Комаровым и снова посмотрела на бывшего наставника.
– Хорошо, – сказала девочка.
– Ты опять ревоплотила «Фуаран»?
– Нет. – Анна покачала головой.