Глава 1 — В глубине темного убежища, голос Ольги казался громом среди ночи: "Открой глаза! Я приказываю!" С каждым словом Ольга увеличивала свой визгливый тон, заставляя меня невольно замереть. Она не просто приказывала, но и признавалась в своем безумии — "Чертова дрянь! Я приказываю!" — словно отдаваясь своему самомнению. Наконец, я не смогла устоять перед этой невероятной болью в глазах и медленно поднялась, пытаясь понять, что происходит вокруг меня....
Похоже, «Шлейф сандала» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Мало того, что из-за меня он поссорится с родными, так еще ему придется противостоять всему обществу. Жертвы во имя любви редко бывают оправданными. Потом они начинают разрушать человека изнутри.
Мои сердце и душа тянулись к нему с невероятной силой. Я знала, что была бы с Давидом счастлива, но сделаю ли я счастливым его? Ведь жизнь это не только любовь и страсть. Но испокон веков вера в то, что существующая «химия» — главное, заставляет людей презирать голос разума.
Несмотря на все, что происходило в моей судьбе, я не забывала и о нашем с Минодорой деле.
Нанести визит купцу мы решили вдвоем с подругой, без Артемия. Жарикова еще никто не знал и если он станет сопровождать нас, это вызовет вопросы.
Иван Иванович даже не стал скрывать своего удивления при виде нас. Он вошел в гостиную, где мы его ждали и поздоровавшись, выразил Минодоре соболезнования. После чего купец спросил:
- И о чем вы поговорить со мной хотели, девицы-красавицы? – его взгляд скользнул по мне с интересом.
- Иван Иванович, это моя подруга, Волкова Елена Федоровна, - представила меня Минодора. – Хозяйка парикмахерской, которая находится в Газетном переулке.
- А-а-а… наслышан, наслышан… Молва об умениях твоей подруги, идет впереди нее! – кивнул мне купец.
- Батюшка мне фабрику бумаготкацкую оставил. Вот захотела я заняться ею, Иван Иванович, - волнуясь, начала говорить Минодора, но он перебил ее:
- Это как так, оставил? Дочка, о чем это ты толкуешь, а?
- Вот так. Кое-что Василий Гаврилович, Борису отписал, а мне фабрика и дом достались, - терпеливо объяснила подруга.
- Да где ж это видано, чтобы девица такими делами занималась?! – гневно воскликнул купец, ударяя руками по подлокотникам кресла. – Ты прости меня Минодорушка, но не иначе как Василий Гаврилович перед смертью умом тронулся?! Другого объяснения у меня нет!
- Вы это говорите из-за того, что я женщина? – Дора вспыхнула. Ее грудь высоко вздымалась от негодования.
