Глава 1 — В глубине темного убежища, голос Ольги казался громом среди ночи: "Открой глаза! Я приказываю!" С каждым словом Ольга увеличивала свой визгливый тон, заставляя меня невольно замереть. Она не просто приказывала, но и признавалась в своем безумии — "Чертова дрянь! Я приказываю!" — словно отдаваясь своему самомнению. Наконец, я не смогла устоять перед этой невероятной болью в глазах и медленно поднялась, пытаясь понять, что происходит вокруг меня....
Похоже, «Шлейф сандала» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Только в этот момент он понял, что это не дьявол, а молодой князь Эристави.
- Где невеста моя, собака?! – сапог князя надавил еще сильнее, и парикмахер даже ощутил запах ваксы.
- К-к-к-ая невеста? – заикаясь, плаксиво протянул Жюль. – Ваше сиятельство…
- Елена Федоровна Волкова! – князь убрал ногу и, схватив его за кудри, покрытые ночной сеткой для волос, приподнял вверх. – Отвечай или…
Жюль чуть сознание не потерял от ужаса, когда его шеи коснулась холодная сталь. Господи… Волкова невеста князя Эристави?!
- Она в «Ночной фее»! – севшим голосом ответил парикмахер, ощущая, что подол рубахи становится предательски теплым.
Глава 108
Глава 108
Я не знала, сколько прошло времени, но точно не меньше часа. Когда у меня уже начала болеть спина от неудобной позы и бесконечной тряски, экипаж остановился. Дверца открылась, пахнуло осенней сыростью, смешанной с ароматом готовящейся пищи. Приехали.
- Вот мы и на месте, красавица, - услышала я голос своего провожатого, а потом меня вытащили на свет Божий.
Я молчала, прислушиваясь ко всему, что происходило вокруг меня. Скрипнула дверь, мягкое тепло окутало со всех сторон, и стало понятно, что мы вошли в помещение. Запахи сделались ярче, слышался приглушенный смех, нестройное пение под гитару, а еще кто-то кого-то строго отчитывал, не скупясь в выражениях.
Вскоре меня усадили на что-то мягкое.
- И кто тут у нас?
Я увидела перед собой женщину в ярком платье. Ее глубокое декольте прикрывал прозрачный шелковый платок, а лицо– шелковая маска, которую она сразу сняла. Это была привлекательная дама лет сорока. Но на ее зрелой красоте лежал отпечаток той самой жизни, которая царила в этих стенах.
- О Боже… Жюль совсем с ума сошел? – женщина приподняла мое лицо, рассматривая так внимательно, будто собиралась писать с меня портрет. – Сколько тебе лет?
- Семнадцать, - я решила, что не стану огрызаться. Пусть думают, что со мной никаких проблем не будет. Освободятся руки, тогда поговорим по-другому.
