Автор
В темном коридоре читательница пытается осмыслить громкий визг. Женщина пристально смотрит на нее из-за открытого люка, и ее внезапная мощь заставляет дрожать стены. Это первое знакомство с непредсказуемой атмосферой "Шлейфа сандала", где каждая встреча может быть как в жизни, так и вымышленной превращением....
Похоже, «Шлейф сандала (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Заросший травой и кустами сирени, он выглядел как пристанище для маньяка. Потемневшие от сырости сараи и холмик уличного погреба с маленькой полукруглой дверцей лишь усиливали это ощущение.
Дверь дома естественно была закрыта и, подергав ржавый амбарный замок, я подошла к окну.
- Нужно разбить стекло и забраться внутрь.
- Ты маленькая, вот и полезешь, а я посторожу! – прошептала Минодора, и тут залаял Туз.
- Прошка! – я вытаращила глаза, грозя ему кулаком. – А ну тише там!
Мальчишка подбежал к нам и возбужденно заговорил:
- Еленочка Федоровна, там в погребе кто-то! Туз учуял!
Это еще что за дела? Переглянувшись с Минодорой, мы, не сговариваясь, рванули к погребу, возле которого лаял пёс.
- Тихо, Туз! Тихо! – приказала я, и тот глухо зарычал, не сводя с дверцы взгляда.
Минодора отодвинула толстый засов, который заскрежетал так, что Прошка даже перекрестился. А потом медленно открыла дверь. Когда из темноты показалась рука, мы взвизгнули, но тут же замолчали, увидев лицо, цепляющегося за стены человека.
Сил у сыщика хватило, только на то, чтобы достигнуть первой ступени. Он застонал, падая на пол, а потом прошептал:
- Помогите… прошу… Остановите Арсения… он… он…
Мужчина не договорил, потеряв сознание.
Глава 68
Мы некоторое время тупо смотрели на Жарикова, а потом Минодора упала перед ним на колени.
- Артемий! Прошу вас, придите в себя!
Сыщик не шевелился. Она подняла на меня полные слез глаза и прошептала:
- Что делать? Что же делать, Еленушка? Помрёт ведь! Что я тогда делать стану?!
- Да кто ему позволит помереть? – возмутилась я, после чего повернулась к Прохору.
- Глазом моргнуть не успеете, Еленочка Федоровна! – мальчишка тихо свистнул. – Туз, за мной!
Он умчался, а я взволнованно посмотрела на калитку. Хоть бы самозванца не принесло! Нет, дать ему по щам я, конечно, могла. Или, как говаривал один мой знакомый каратист: «с вертухи щи помять», но тогда неизвестно, чем дальше дело закончится.
Тем временем Жариков снова застонал, и его глаза открылись. Минодора вскрикнула, а потом принялась неуклюже целовать, попадая то в щеки, то в глаза, то лоб.
