Загадочный лидер бригады требует осторожности — местные менты на этот разведывательную службу взяли под особый контроль. Однако вероятность незваного визита киоскодержателей из Москвы не исключена, и они готовы заранее предупредить о возможном прибытии чужаков. Кто там еще? Встреча с такими людьми может кардинально изменить ситуацию в бригаде....
Отвратительные грязные слова обитательницы камеры и прикосновения ее мерзких похотливых пальцев возбудили в ней вдруг страшную злобу и даже ярость — она низко завыла и накинулась на свою обидчицу с кулаками, но ее слабые удары почти не достигали цели.
Зато беззубая оказалась прыткой и умелой драчуньей. Она схватила Лену за волосы, рванула так, что у Лены слезы брызнули из глаз, а потом ткнула ее коленом в пах, и Лена упала на койку. Беззубая прыгнула на нее сверху, навалилась всем своим внушительным весом и стала душить.
…Когда Лена очнулась, она поняла, что лежит на койке, прикрытая тонким вонючим одеялом. В помещении было темно. Рядом с ней сидела незнакомая женщина в сером халате.
— Ну, пришла в себя? — незлобиво проговорила женщина. — Как тебя зовут?
— Лена. Сорокина.
— Ну вот что, Лена Сорокина.
— До какого суда? Какая Бананка? — Лена поднесла руку ко лбу. — Вы кто?
Женщина усмехнулась:
— Я Зина.
— Где я?
— Уже забыла? В Волоколамском СИЗО. Наше СИЗО знаменито на всю Россию…
Тихо! — Зина поднесла ладонь к Лениным губам. — Уже отбой был. Разговаривать надо тихо. Если ты девочек разбудишь, завтра могут тебя наказать. А это, поверь мне, не самое приятное удовольствие на свете.
— А мы ее так и так накажем! И ты, Зинка, ее не умасливай! — раздался откуда-то сверху громкий голос. Лена его сразу узнала: беззубая! — Надо же ее подготовить к бабе-Груниному осмотру!
Зина наклонилась к Лене и зашептала ей в ухо:
— Это Бананка — она тут вроде старосты. Противная баба, сидит тут уже второй месяц, но что-то выходить не собирается — похоже, она стукачка.
Начальнице женского отделения стучит на нас. Ты ведь познакомилась с начальницей?
— Это такая низенькая, толстая, в пилотке? вспомнила Лена.
— Она самая.
— А вы тут почему сидите?
Зина ответила не сразу. Она тяжело вздохнула и отрезала:
— Да я своего мужика «прибила».
— Как это прибила? — не поняла Лена.
— Да покак! — грубовато ответила Зина. — Молотком по лбу врезала — он и копыта откинул. Он пил как сволочь. Как напьется — так руки распускает. А напивался он, сволочь, сначала по пятницам, потом еще и по средам, а под конец вообще каждый день.
