Загадочный лидер бригады требует осторожности — местные менты на этот разведывательную службу взяли под особый контроль. Однако вероятность незваного визита киоскодержателей из Москвы не исключена, и они готовы заранее предупредить о возможном прибытии чужаков. Кто там еще? Встреча с такими людьми может кардинально изменить ситуацию в бригаде....
— Варяг, кстати, предупреждал, что все так и обернется, — разве можно верить гэбэшникам? — заметил Закир.
— Когда это он прэдупреждал? Мэниа он не прэдупреждал, — недовольно возразил Шота.
— Зато меня предупреждал, — отрезал Закир. — И Варяг был прав. Вору с гэбэшником гешефты делать не с руки. Да только где теперь Варяг?
— Луди гаварят, ему удалось бэжать, — раздумчиво бросил Шота, допив последние капли хмельной жидкости. — Но никто не знаэт, где он. Его же эти… — тут Шота многозначительно похлопал себя рукой по левому плечу, намекая на вмешательство людей в погонах, дэржали под замком.
— А Филат? — слукавил Закир. Он буквально позавчера имел с Владиславом долгую беседу по телефону, но ни намеком не хотел проговориться коварному Шоте о своих контактах с «пропавшим».
— Филат? — хмыкнул седовласый грузин. — Этот молчит, как Зоя Космодемьянская на допросе, хотя явно что-то знает… У мэня из головы не идет тот случай с Тимой.
— Менты говорили, что Тимакова расстреляли конкуренты по коммерческим делам, — продолжал валять дурака Закир. — Там вроде были какие-то чувихи, которые давали показания. Да только они с перепугу ничего не запомнили…
— Да, — кивнул Шота, — ани сказали, что на квартиру бил налет, что ворвалась куча киллэров — в двери, в окна… Пальбу подняли.
Шота проводил взглядом высокую блондинку в коротком платье на тонких бретельках. Она шла покачивая крепкими широкими бедрами и бросая по сторонам полупрезрительные взгляды, всем своим видом показывая, что не прочь завязать корыстное знакомство с кем-нибудь из состоятельных посетителей этого кафе.
— Ты думаешь, мне самому стоит проявить инициативу? — неохотно спросил Закир. Имея богатый опыт общения с Сапрыкиным, он понимал, что разговор ни к чему не приведет.
