Я закрыла учебник и задумчиво уставилась на полированную крышку стола. Можно ли считать попытку подсунуть мне односторонний контракт предательством? Или в политике за такой фокус дают медаль? В любом случае, я носитель важной информации, которую они не получат до тех пор, пока не подпишут соглашение. Второго типа.
Получается вполне выгодная сделка. Я не распространяюсь о том, что видела на территории резиденции, а они в свою очередь молчат о моем участие в творящемся безумии. Таким образом мое честное имя не будет связано с произошедшим. В чем выгода? А в том, что назревает крупномасштабная операция по поимке подпольной организации, торгующей чипами. Ко всему прочему, президент признался в подозрениях о назревании заговора против власти, во главе которого вполне может оказаться Леонардо.
Если что-то пойдет не так, то я не хочу, чтобы мое участие было замечено. Мало того, что репутация будет под угрозой, пострадает род Оплфорд, так еще и могут выискаться люди, жаждущие моей смерти. Так всегда бывает, когда связываешься с нечестными людьми. В общем, лишнее внимание мне не нужно. Соглашение же обеспечит то, что имя Этель Каролины Оплфорд не будет фигурировать в документах, в сети и других источниках информации.
Подняв взгляд на него, столкнулась с изучающим взором. На столе, помимо моих учебников, лежали стопки пластиковых бумаг. Видимо, мистер Арчибальд решил не тратить два часа впустую и приступил к работе. Надо же, и даже не побоялся разбирать рядом со мной важные бумаги. Хотя, скорее всего, это просто рутинная бумажная волокита.
— У вас есть вопросы, мисс Оплфорд? — крайне вежливо вопросил инквизитор.
— Мистер Арчибальд, — начала я, размышляя, стоит ли вообще что-то спрашивать. — а какие у вас отношения с кузеном?
Каюсь, вопрос совершенно не тактичный. Но от ответа зависело могу ли я задать ему следующий вопрос. Хотя, конечно, инквизитору ничего не стоило солгать или просто не отвечать. Будет в своем праве.
— С какой целью вы интересуетесь? — вопросил Клодель Арчибальд, не растерявшись.
— Мне нужна некоторая юридическая помощь, — уклончиво ответила я. — но вопрос будет касаться мистера Арчибальда, поэтому я не уверена в его целесообразности.
Инквизитор задумчиво взглянул на меня, даже отодвинул планшетный сенсор, на котором что-то набирал, поглядывая на лежащую перед ним бумагу.
— Вопрос будет касаться соглашения о неразглашении? Вы полагаете, что Габриэль Арчибальд посчитает достойным президента предложить вам сомнительный юридический договор?
— Нет, конечно нет. — улыбнулась я. — Но я хотела бы знать, чем для меня может обернуться подпись на соглашении подобного рода.
— Дерзайте, — хмыкнул инквизитор, откидываясь на спинку стула.