— Слушай, Эль… — наконец произнес неожиданно появившийся справа дворецкий, подхватив меня под локоть. Глаза его бегали, и он все время косился в сторону Клода, уверенно задающего направление нашему пути. Уж не Сусанина ли пародирует?
— Что, Эвард? — подбодрила я его, когда дворецкий замолчал, собираясь с силами для вопроса. Наклонившись почти к самому моему уху, тот быстро зашептал:
— А ты куда аппарат дела? — нервный взгляд в сторону Клоделя. — Понимаешь, нельзя, чтобы он попался на глаза кому-либо еще. Техника-то военная, а у нас вся резиденция под завязку забита инквизиторами. Увидят, вопросы начнут задавать…
И правда, количество инквизиторов на один квадратный метр бьет все показатели. Вот только не понравился мне тон дворецкого. Эвард вел себя подозрительно странно, словно моя кузина, когда тетя «одолжила» у нее пару дорогущей обуви. Кузина тогда бегала по дому, срывалась на прислугу, была невероятно нервной и часто облизывала губы. Мы с Самантой, моей двоюродной сестрой-инквизитором, подумали, что та совсем поехала из-за своей неземной любви к дизайнерской обуви. Но позже Сэм выяснила, что у нашей кузины большие долги, а ее бизнес практически разорен. Скандал тогда был жуткий, конечно. А эти туфли она купила на последние деньги, чтобы семья не заподозрила ее банкротства. Кузина призналась, что собиралась вернуть эту пару в магазин, заявить, что не подошел размер. А тут обувь пропала в загребущих лапках тетушки. Неловко было, конечно.
Вот и сейчас Эвард мне напомнил человека, которого вскоре прижмут к стене. Нервничает, пытается в краткие сроки исправить ситуацию, но ничего не может сделать. Как сказал сэр Аньелли — животное, загнанное в угол.
Я осторожно отцепила руку Эварда от моего локтя, который уже начало неприятно побаливать от сильного захвата. Потирая ноющую конечность, с подозрением взглянула на дворецкого.
— Эвард, ты чего? — вопросила я удивленно. — Расслабься, я не идиотка, военной аппаратурой по резиденции не разбрасываюсь. Он у меня в… — замолчала, не желая рассказывать, что техника в моем бра, который я заботливо положила в верхний шкафчик прикроватного столико в утро после пьянки. В смысле, после девичника. — в спальне спрятан.
Дворецкий резко выдохнул, отступая на шаг от меня. Достал из кармана белый платок, вытер лоб. На лице облегчение, а руки-то действительно дрожат.
— Ты чего так нервничаешь? — словно между делом тихо поинтересовалась я, покосившись в сторону Клода. К счастью, тот разговаривал по сенсору с Агустини и ничего не замечал. Зато блондин приметил меня, помахав рукой. Вежливо отозвалась ответным жестом.
— Да Роберт вчера поинтересовался, не знаю ли я, как ты пробралась в апартаменты Калеба. — ответил Эвард.