Я, впрочем, занималась тем же. А Гвен явно была подавлена. Об этом свидетельствовал ее внешний вид: белоснежная мужская рубашка, не расчёсанные волосы, полное отсутствие косметики и неестественная бледность. А еще несколько смущал сжатый в хрупкой ладони бокал с вином.
— Я могу все объяснить, — выдохнула она хрипловато. — только позволь мне это сделать.
Я удивленно взглянула на нее. Я же вроде не претензии пришла предъявлять, а просто поинтересоваться ее мнением в отношении данной новости. Поэтому, несколько растерянно кивнув, позволила себя втянуть в ее апартаменты, ощущая спиной неприятный холодок от передвижения невидимого для нас инквизитора.
Втащив меня в помещение, девушка тут же рухнула на диван, поджав под себя ноги. А в гостиной царила тьма: шторы плотно задернуты, свет выключен, от незакрытых окон веяло холодом, на столике замерла пустая бутылка вина. Идеальное место для самобичевания и депрессии.
— Ты в порядке? — вопросила я, послушно занимая место в кресле напротив Гвен.
Внешняя подавленность Гвен настораживала. Девушка, казалось, ощущала себя еще хуже, чем я.
— Это такой позор, Этель. — простонала Гвен, спрятав лицо в ладонях, а пальцами вцепившись в волосы.
— Для кого конкретно? — хмыкнула я, закидывая ноги на кресло.
— Для рода Бланд, конечно. — вскинула она глаза, напряженно глядя на меня. — Мало того, что потеряли ребенка, так еще и скрыли это…
— Постой, мои родители сказали, что вы искали меня? — выдавила я, поразившись оттенку собственных слов. Вроде и спокойно сказала, но в то же время отчетливо слышались едва сдерживаемые эмоции.
— Конечно, — активно закивала она, сверкнув в мою сторону убежденным взором. — Бланд никогда не прекращали поиски. Пусть надежда найти потерянную малышку с каждым годом была все меньше, но мы никогда не останавливали расследование. До сих пор так и не ясно, как же так вышло, что ты, наследница, пропала из родового поместья!
— Так, вы не отдавали меня? — осторожно вопросила я, пальцем вырисовывая неясные линии на подлокотнике кресла.
— Что?! — громко возмутилась Гвен, заставив меня подскочить в кресле. — Род Бланд никогда бы не отдал своего ребенка в приют!
Как на это реагировать я не знала, но невольно выдохнула. Мне стало легче, потому что биородители не отказались от меня намеренно. Все же осознавать, что они от меня отказались было сложно.
— Конечно, тебя украли и специально отвезли в детский дом, без нашего на то ведома. Без понятия, кому могло это понадобиться, но так или иначе произошла катастрофическая ошибка. — с жаром объяснила Гвен, одним глотком допивая содержимое бокала. — Твоя мама до сих пор не может себе простить, что оставила тебя тогда одну в комнате!
Надо же, не может простить.