О чем это может говорить? Только об одном! Исчезновение Джесси – часть их общего плана, который должен завершиться, скорее всего, одним – венчанием.
Энгельс иронично хмыкнул. Маркс поспешил объяснить:
– Не обращайте внимания на эту реакцию моего друга. Она относится не к сути изложения, а к его восприятию института брака как разновидности проституции… Но вернемся к нашей частной истории. Если Лоу знает, где Джесси, если Лоу готовится к браку с ней. И Лоу вскоре погибает, то… Логично предположить, что в этом замешан оскорбленный, уничтоженный бегством дочери отец. Однако у него алиби. Которое легко опрокидывается фактом наличия подводного мини-корабля, что сегодня в эпоху революции пара и газа уже не такая редкость. Думаю, Патрик связан с ирландскими националистами, фениями. И судя по появлению у них подобной техники, в ближайшее время можно ожидать террористических атак на Лондон… Да и бог с ним, сейчас не об этом. В подводном корабле, пока мой друг Фридрих крутил педали, я занимался делом. Все обыскал и нашел вот эту телеграмму: «Устала от пэдди-истерики. Продала два кольца. Прощай». Дата получения – двадцать пятое июня. После этого предательства – семейного, родового, племенного – мистер Кэйси пошел на убийство Лоу. Почему он был так уверен в вине того?.. Я сначала сомневался, моя догадка казалась мне слишком сумасшедшей. Но одна находка на пепелище окончательно убедила меня в моей же правоте. И вы, молодой человек, мне тоже помогли, вспомнив о Гамлете. Мы в Лондоне – Шекспир здесь всегда к месту. Это было, как блеск молнии, как открытие мною прибавочной стоимости! – Карл бросил быстрый взгляд на бюстик Зевса, всегда стоявший у него на столе, и продолжил: – Вы сказали, что Лоу с вырезанным из бедра куском мяса лежал в гостиной. И там же, в обгорелых останках гостиной мы нашли весы. На одной их чаше стояла фунтовая гиря, а другая чаша металла была затемнена какой-то обгоревшей субстанцией. Какой? Может быть, человеческим мясом и кровью? Вспомним шекспировского Шейлока из «Венецианского купца»:
К нотариусу вы со мной пойдитеИ напишите вексель; в виде шутки, –Когда вы не уплатите мне точноВ такой-то день и там-то суммы долгаУказанной, – назначим неустойку:Фунт вашего прекраснейшего мяса,Чтоб выбрать мог часть тела я любуюИ мясо вырезать, где пожелаю.Ровно фунт! Несчастный Патрик Кэйси просто свихнулся на почве «Венецианского купца». И не мудрено: судите сами, сколько совпадений. У Шекспира Джессика, дочь презираемого напыщенными венецианцами еврея сбегает с Лоренцо. У нас Джессика, дочь осмеиваемого напыщенными англичанами ирландца сбегает с Лоуренсом. У Шекспира друг еврея Шейлока – еврей Тубал. У нас друг ирландца Патрика – ирландец Тиббот.
Дейл ойкнул, побледнев.
– Постойте.