Здравствуйте, меня зовут Мария Соборская, мне тридцать лет, я мать одиночки и обвиняю бывшего мужа в нарушении своих прав. Дочь четырехлета появилась внезапно благодаря его предательству — он женился на любовнице, забросив нас с дочерью. Вокруг меня завязалась сложная сеть отношений и обид, в которой мне приходится сохранять спокойствие и выносить горечь безвинной мести....
Услышал хлопок закрываемой двери. Мария вошла с постельным бельем.
— Пересядь на кресло, застелю.
Испытал чувство неудобства. Я же ей чужой человек. Что она со мной носится? Могла бы дать таблетку и проводить, мол, езжай, господин Смирнов и болей где хочешь.
— У тебя в машине домашняя одежда? Давай схожу.
— Я сам, — Нимфа лишь цокнула языком в ответ. — На заднем сиденье синяя сумка, ключи в пиджаке.
— Ага.
Вернулась через пару минут с сумкой, поставила рядом с диваном.
— Если ночью пойдешь…кхм…в туалет, надевай штаны.
— Хорошо.
— Как Лёлькин муж “тройчатку” привезет, таблетки и градусник оставлю рядом с графином. Сам же справишься? Если что, зови. Моя комната напротив. Туалет, ванная рядом с кухней. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи и спасибо, Маш.
— Не за что, — выключила свет и вышла.
Разделся, лег на диван. Часы показывали час ночи. Думать о превратностях судьбы не получалось, мысли путались, но чувствовалось, что становится легче. Проснулся когда уже светало, зов природы еще никто не отменял.
— Тебя тоже не пускает с собой спать?
Аж сердце ёкнуло! На меня смотрела Лера, взлохмаченные, кучерявые волосы торчали во все стороны, в руках держала какого-то плюшевого зверя.
— Нет, — пришлось согласиться.
Будет супер, если утром малая расскажет, как я тут подсматривал.
— И меня, — обреченно сказала Лера. — Мама говорит, я уже большая и могу спать отдельно. А ты о-о-очень большой, — развела руки.
— Большой, — и опять пришлось согласиться.
— А знаешь, как я делаю? Мама засыпает, и я к ней прихожу, — поделилась секретом.
— Я запомню, спасибо.
Девчушка прошмыгнула в комнату и ловко забралась под одеяло. Угу…если я так сделаю, боюсь, меня приложат чем-нибудь тяжелым.
Глава 8
Проснулась от того, что хорошенько получила по лицу детской ладошкой.
Вышла в коридор, спохватилась, что толком не одета, накинула халат. Смирнов грозно храпел, раскинув руки: одну свесил к полу, вторую закинул за голову. Зрелище было презабавное- сфоткать что-ли, хихикая подошла и приложила ладонь ко лбу.
