И, с трудом прокашлявшись, прошипела: – Какого дьявола здесь происходит?!
Тошнота снова подступила к горлу, но я сделала глубокий вдох и зажала рот рукой, больше не намеренная проявлять слабость. Сперва было совсем невмоготу, но через несколько секунд отпустило.
– Это я у тебя должен спросить. – Феррант, раньше сидевший передо мной на корточках (саму меня, как выяснилось, устроили на узкой кровати), теперь встал и смотрел на меня сверху вниз. – Игры закончились, ты возвращаешься в Левансию.
– Что, таким вот способом?! – возмутилась я.
– А как ты хотела?! – распаляясь, прорычал Феррант. – Ты слишком много себе позволяла в последнее время. Вон Тео умолял меня позволить ему предоставить тебе ещё один шанс. И что, получилось из этого что-нибудь?
– Моя признательность Тео не знает границ, – процедила я сквозь зубы, устремив уничижительный взгляд даже не на напарника, а поверх него.
– Вот уж кого тебе не в чем упрекнуть, – отозвался Феррант, но я лишь фыркнула в ответ.
Только я сама буду решать, кого мне есть в чём упрекнуть, а кого – не в чем.
– Ты совершенно распустилась, – жёстко сказал Феррант. – Стала неуправляема. И ты отлично знаешь, как поступают в таких случаях в нашем ведомстве.
– Ах, вот как? – спросила я с холодной яростью. – Прекрасно. Так, может, вы меня ещё и ликвидируете в таком случае? А что? Насколько я понимаю ситуацию, вам это только что почти удалось.
– Ну что ты несёшь, во имя богов?! – взъярился Феррант. – Какая, к дьяволу, ликвидация? Вернёшься к герцогу, и дальше сами будете разбираться, без нашего участия.
– Разбираться-то мы разберёмся, – со злостью заверила его я. – Но толку-то что, если полнолуние через два дня? За этот срок съездить в Левансию и вернуться я никак не успею! И преступница уйдёт, а главное, ей удастся совершить свой ритуал! Думаешь, герцог скажет тебе за это спасибо?
– А ты думаешь, я действую на свой страх и риск? – Феррант, до сих пор ходивший из угла в угол, теперь остановился напротив меня. – Да если хочешь знать, герцог сам велел хоть в цепи тебя заковать, но к нему доставить! – выпалил он.
Старший агент замолчал, кажется почувствовав, что сболтнул лишнего. Комната получила короткую передышку от криков. Сейчас я слышала лишь собственное неровное дыхание да сопение Тео, тихонько сидевшего на стуле вне поля моего зрения.
Ах, вот как. Значит, в цепи. Меня распирало от ярости, ещё чуть-чуть, и она начнёт выплёскиваться наружу фонтаном.
– Герцог отличается долгой памятью. – Мой голос источал яд.
В цепи… Именно из-за этого я и вернулась тогда в Левансию, хоть меня и успели своевременно переправить за границу. Из-за цепей. Для того чтобы вытащить из них Дайона. И вытащила. Погрузилась с головой в мясорубку Смуты. Нашла людей. Все были уверены, что Дайон обречён.