Закончившийся мелкий дожик и теплый ветерок осеннею ночью подарили нам шаткую тишину улочки, где лишь редкие огоньки фонарей мерцали вдали. Мы медленно прогуливались взявшись за руки по пыльной улочке, словно шагали сквозь грезы и сны, приглушенные только звонками шагами своей переживаниями....
– Интересное дело: с чего это ты взял, что со мной так легко справиться?! – возмутилась я, эмоционально жестикулируя связанными руками.
– Этот спектакль пора заканчивать, – нетерпеливо произнесла Абелия.
Певица явно была сильно недовольна тем, что все отвлеклись от такой важной темы, как её ритуал.
– Может, всё-таки снизойдёшь до нас, грешных, и расскажешь, чего добиваешься? – резко сменила тактику я. – Видишь: мы все в сборе и жаждем тебя слушать. Почти как тогда, в музыкальной гостиной. Но ведь то, что ты исполнишь сейчас, будет значительно интереснее?
Губы Абелии скривились в презрительной усмешке: что мы, горстка жалких и поверженных обывателей, можем понять во всей глубине её замысла? Но поделиться собственными грандиозными планами и немного поторжествовать, видя, как вытянутся при этом наши лица… Соблазн был слишком велик, чтобы удержаться.
– А дело как раз вот в этом, – певица кивнула на Альберта, – заклятии подчинения. Ну разве не глупо? Люди ищут богатства, власти, карьерного взлёта, любовных утех, исполнения всевозможных желаний и капризов.
По мере того как она говорила, наши лица действительно мрачнели. Домыслить продолжение было не так уж и сложно.
– Полагаю, именно этой теме твой прадед посвятил переданные тебе по наследству записи? – осведомилась я.
– Ты права, – снисходительно улыбнулась Абелия. – Но его разработки надо было серьёзно доводить до ума… Можно сказать, главное, что мне от него досталось, – это идея.
– На любое число людей? – невольно вздрогнув, переспросила я.
– Хоть на каждого человека в мире, – торжествующе подтвердила Абелия.
