"
"В ответ пытаются стрелять, но я подавляю жестоким огнем. Противник, как на ладони. Нравится, гандоны? Думали, прикончить Санька?! Лента закончилась. Быстро, как отличник боевой подготовки, заправил новую. Но стрелять уже не в кого. Лишь кровь на снегу да изуродованные дымящиеся трупы. Обернулся, чтобы глянуть, как там десантник… хм… его, будто и не бывало. Странно. Впрочем, меня частенько глючит, пора бы уже привыкнуть.
Ну, деревенские, ну твари! Не дожидаясь пока нагрянут новые силы противника, подхватил Корд, Сайгу, пулеметы и рванул к снегоходу. Даже не стал обыскивать мертвецов и собирать выпавшие ништяки. Злость бурлит во мне, как расплавленная магма. Пиздец тебе, Карлович!
***
Бешеный ветер и рев снегохода быстро привели в чувство. Только в ушах по-прежнему звенит и мутит малость. Чем же стреляли эти пидарасы? РПГ? Миномет? ПТУР? Если б не озаботился маскировкой пулемета, меня б точно накрыло. А так, походу, контузило слегонца. Это ерунда. Вован рассказывал, у него четыре или пять контузий было. И ничего, нормально все.
Вован… Вован… блять, а жив ли он вообще? Если даже пендосы впряглись… похоже, у деревенских вообще страха нет. Но я думаю, жадность председателя сельхоза пересилит чувство мщения. Жаль, конечно, что мой план мирного урегулирования конфликта пошел по пизде. Хотел ведь, как лучше… Скорей всего, Альбинка этим бородачам нужна, как собаке пятая нога. Вряд ли она выжила, да и хрен с ней. Но если бандюки казнили десантуру, они узнают гнев Санька! Хотя, в любом случае узнают.
Преодолев овраги, сопки, холмы, озера и буераки, я остановил «Ямаху» и оценивающе посмотрел на этот рассадник зла, насилия и беззакония, окруженный корявым частоколом. Жалко, я не командующий армией. Скинуть сюда вакуумную бомбу или цистерну напалма и дело с концом. Хотя нет, там же есть и невинные люди, женщины, дети… к тому же соотечественники. И пусть Отечество лежит в радиоактивных руинах, как и остальной мир, свои — это все равно свои. Да и бомбить, например, европейский мирняк, я бы не стал. У меня есть принципы в отличие от вонючих пендосов.
Все, нахуй, эту рефлексию! Я заглушил мотор и установил Корд, используя снегоход в качестве упора. Заправил ленту, поправил прицел. Ворота в трехста метрах, но почти не различимы из-за гребанной пурги. В принципе, я потому и подъехал так близко. Ротозеи, кутающиеся на вышках, хрен что услышат, кроме воя северных ветров. А вот славную песнь пулемета они точно не пропустят.
Начинаем операцию «Возмездие». Упершись со всей силой – без станины еще не доводилось стрелять — я пальнул в ближайшую вышку. А, блять, мои уши! У меня не было цели попасть в часового. Зато тяжелые бронебойные пули с легкостью перебили деревянные опоры.