– Попались, голубчики! – раздался знакомый скрипучий голос.
Защелкали затворы. Я заметил, что мы в довольно просторном помещении. Из многочисленных ниш и проемов выскакивают вооруженные люди. Вскинул оружие, но палец так и не нажал спуск. Понятно же, если откроем огонь, нас просто изрешетят. Десантуре хорошо, он в броне. И чего я не взял себе доспех в оружейке? Хотя, латы такой толщины, чтобы не пробила пуля, способен таскать на себе только Вован.
– Тьху, балбесы! – проворчал Егорыч. – Вам же говорено было!"
"Хлопцы с повязками на рукавах молча забрали стволы. Странно, почему Вован позволил так легко разоружить? Или он в шоке, от того, что прозевал засаду. Пахомыч, ехидно посмеиваясь, целится с двух рук. В одной он держит Глок, а в другой… мой револьвер! Теперь меня ничего не остановит, надо только выждать нужный момент.
– Ну-ка, к стеночке, быстро! Да руки за башку! – велел старый мафиозник.
Рядом с ним появились Маша и Даня, подлый школяр. Вся банда в сборе.
– Разочаровал ты меня, Саня, Саня… забыл про наш уговор… – прокряхтел Пахомыч.
– Че ты базаришь, папаша, какой, нах, уговор? – спросил Вован.
– Поскудник клятый! – Лесничий смачно харкнул на пол.
– Замолкни, Егорыч! – топнул ногой крестный отец. – Я ж тебе говорил, переходить на нашу сторону надобно!
– Пахомыч, – я решил схитрить, – ты же видел, что на стадионе творилось! Мы ту вообще не при делах.
– А мне энтот вегасранец другое поведал!
Маша раскрыла сумку, старик вытащил голову сектанта в обрывках зеленого балахона. Да, попали, так попали… я почувствовал все нарастающее давление в заднем клапане. Бля, только бы не прорвало. Не самое героическая смерть, да и перед Машей будет неудобно.
– Подожди, Пахомыч, – быстро заговорил я. – Дай нам только из города выбраться, и мы тут больше не появимся. Слово даю.
– Да из-за вас полгорода в огне! Я каждую минуту несу убытки из-за вас, проходимцы! – стволы в его руках опасно задрожали.
Интересно, я обосрусь до или после выстрела? Да, интрига…
– Давай договоримся! Решим этот вопрос!
– Да шо тут договариваться? Шлепнуть вас и дело с концом, кхе-кхе!
Неожиданно вмешалась Маша:
– Но, деда! Ты не сказал, что будем их убивать!
– А шо не так, внученька? Отвернися пока.
– Эй! – воскликнул Даня. – А чо. С моими. Автографами?!
Вован ухмыльнулся:
– А ты поди сюда, малой, я те такой автограф оформлю, нах!
– Так! Замолчите все! – брызжа слюной, возопил Пахомыч.
– Ладно, твоя взяла… – тяжко вздохнул я. – Можно только последнее желание тогда уж?
– Чего ж нельзя? Можно! – подобрев, разрешил глава теневого мира. – Говори!
Я сказал. Все, опешив, уставились на меня. Маша, покраснев, улыбнулась. Даже Вован посмотрел с недоумением, а потом дико захохотал.