Сам попался и семью подставил.
Тоннель вывел к массивной двери. Заперто. Что там еще такое? Видно, что ее тоже пытались вскрыть, но безуспешно. Постучал прикладом. Звуки эхом разлетались в подземелье.
– Мяу! – Из темноты вышел второй кот Валеры.
– Кис-кис-кис… – Я погладил подбежавшего котика. – Ну что, пушистый, где твой хозяин?"
"Снова мяукнув, он принялся скрести лапками оплавленную дверь.
Внезапно что-то лязгнуло. Створка задрожала, медленно отодвигаясь. Мы с Егорычем вскинули ружья. Щель становится все больше, оттуда полился белый яркий свет. Шумно вздохнув, дверь открылась полностью. Я опустил дуло «Сайги». В ослепительном сиянии, словно Иисус Христос, предстал Валера.
– Так, блэт, Саня! Ты почему так долго?
***
После того как заехал охреневшему очкарику по мордасам, мы немного поорали друг на друга. Егорыч сходил закрыть внешний люк. Потом засели в мастерской Валеры, где он рассказал, как удалось заныкаться от пендосов. Все родственники спаслись, очкарик успел подать им условный сигнал. Те укрылись за бронедверью на нижнем уровне, а сам камрад, вырубив свет внизу, умудрился удрать. Сейчас жена и дети занимаются уборкой. Теща до сих пор в неадеквате. Опять сидит в своей комнатухе и пялится в теле-шоу.
– Шо, мож за освобождение того? – спросил вернувшийся Егорыч, выразительно глядя на очкарика.
Тот подскочил, открыл один из серверов и вытащил бутыль коньяка.
– Заначка… – пояснил он. – Только Люсе не говорите.
– Ты мне, кстати, должен, помнишь? – сказал я.
– Нет. – Глаза под стеклами очков удивленно заморгали.
– Блять, Валера, по-хорошему, тебя грохнуть бы надо за твои подставы! ФСБшник гребанный!
– Харош ссориться! – гаркнул Егорыч и присосался к бутылке.
– Эй, хватит! – одновременно выкрикнули мы с Валерой.
– Хде ищчо фашисты клятые?! – вращая глазами заорал дед. – В атаку! За Сталина!
И пулей умчался наверх.
Валера нажал клавишу интеркома:
– Люсечка, выпусти, пожалуйста, Егорыча в лес. Ему нужно прогуляться.
– Охренеть, как тут у тебя все продумано… – сказал я, приложившись к бутылке и закурив. – Колись давай, что за игру ты ведешь?
Очкарик погрыз ноготь, налил в стаканчик и выпил дозу коньяка.
– Ну, Саня, понимаешь… я не могу…
– Задрал сиськи мять! – заорал я, схватив за грудки и от души встряхнув тщедушное тело. – Тут все из-за тебя головой рисковали! Я, Егорыч, Вован! Там наверху такая война развязалась, а ты сидишь, сука четырехглазая, в тепле, конину жрешь, да дрочишь на порнуху, блять! Залупа ты очкастая, а не офицер Федеральной Службы Безопасности!
– Саня...
– Пошел нахуй!
Схватив бутылку, я залпом влил в себя остатки. Валера, отпрянув, упал на стул, медленно снял очки. Тощие пальцы принялись тереть покрасневшие глаза.
– Ты прав, Саня… – Он поднял голову.