Автор
В безоблачную луну на Севере устремляется выживальщик, оставленный в заснеженной тайге. Мрачная полянка под сопкой напоминает гробницу в глухой тайге, а мир за окном кажется бесконечным и мертвым — до тех пор пока не начинается движение: жизнь вернулась к этому уединенному лагерю....
Мысли бегут одна за другой, обгоняя друг друга, сплетаясь в замысловатые цепочки, скручиваясь в тугие спирали и взрываясь вспышками сверхновых. Зачем надо было лизать эту жабу? Ведь зарекался же. Но я выживальщик, а выживальщику необходимо быть слегка вштыренным, чтобы не пропустить опасность.
Месяц безвылазно провел в Схроне. Мы с Леной отдыхали, пили, ели, совокуплялись, смотрели кино, играли на компе и снова совокуплялись. Теперь, когда она носит моего ребенка, мы уже не думаем о предохранении. Скоро родится мой сын, которого научу всему, что знаю сам.
Конечно, идиллию нашей райской жизни слегка подпортил Вован. В ту памятную встречу я страшно обрадовался и удивился, увидев десантника, выныривающего из люка в полу моей кладовой. Естественно, накатили за встречу, и я, как ни пытался узнать историю спасения ВДВшника, ничего вразумительного не услышал.
Мой Схрон десантник обнаружил случайно, от нечего делать, бродя по пещере. Конечно, сразу догадался, что он принадлежит мне. На стенах висит много наших с Леной фоток, которые делал на телефон, а потом распечатывал на принтере. Кто-то может спросить: зачем в убежище нужен струйный цветной принтер? А я отвечу: а почему бы и нет? Не выкидывать же.
Но глядя в честные голубые глаза Вована, я не мог представить от него такой подставы.
