Автор
В дверь постучали, и перед глазами мелькнуло отражение собственного изможденного лица в зеркале. Поднявшись, Денис Алексеевич взял трубку — проблемы нахлынули как безоблачное солнце после долгого заточения в гастрономическом аду. Война с алкогolem закончилась угрюмым вечером, а сегодня пришелся под дождем на днях рождения близкого друга....
Не знаю, сколько я простоял вот так, упираясь руками в стекло, сжимая кулаки до хруста, не сводя взгляда с врачей, выполнявших свою работу. Мне казалось, что вечность.
Слишком долго. Вечность без Тони.
Гребаный Ад, в котором я сгорал, и воскресал при каждом ударе ее пульса. Сгорал и возвращался, чтобы вновь умереть до нового удара любимого девичьего сердца.
– Врачей пугаешь. Пусть осмотрят, – усталый голос Кирилла привлек мое внимание. Но я не отвел взгляда от Тони.
Кивнул, разрешая врачу подобраться ко мне с препаратами.
В какой-то миг удары стали медленнее. Я уперся лбом в стекло. Моя девочка казалась мне крохотной, совсем малышкой, юной и нежной.
Врачи за стеклом засуетились. Команды ведущего профессора становились более отрывистыми.
Краем глаза увидел, как Кир накрывает лицо ладонями. Генри застыла рядом с другом. А я уперся сжатой в кулак ладонью в стену.
– Остановка сердца! – выкрикнул кто-то, приглушенным сквозь стекло голосом.
Или показалось? Разве можно что-то расслышать сквозь стену? Но я четко слышал каждое слово, каждый удар пульса, каждый вдох и каждый выдох.
– Живи, маленькая! – сипел я, пока доктора делала массаж сердца. – Только живи!
Видел, как ее тело вздрагивает при каждом разряде дефибриллятора. Мой взор затянуло пеленой. И было плевать, что именно за пелена. Я до жути боялся моргнуть и разорвать те тонкие нити, что связывали Тоню со мной.
– Как я без тебя…? – судорожно выдохнул я, жадно всматриваясь в ее бледное, но такое прекрасное лицо.
Кирюха осел на пол, упираясь спиной в стену. А я так и стоял, не веря, что больше не слышу размеренные удары сильного, молодого сердца, способного полюбить циника и придурка, вроде меня.
Без раздумий, я бы отдал все, что нажил, все, чем владею и буду владеть, свою черную душу, свою жизнь, что угодно, только бы спасти Тоню.
– Ты справишься! Справишься! – повторял я словно заклинание.
– Две минуты! – все тот же голос резал слух, даже сквозь дикий гул в ушах.
Невыносимо потянулись мгновения. Я чувствовал, как мое сердце замедляет свой бег. И я прикрыл глаза, воскрешая в памяти каждое мгновение, проведенное с любимой.
Сердце щемило от боли. Дышал с трудом."
"Зачем жить, если Тони не будет рядом?
От ее красоты у меня всегда перехватывало дыхание, а руки так и тянулись к ней.
![Обложка книги Воровка, или Противоположности притягиваются[СИ]](/uploads/posts/images/1/vorovka-ili-protivopolozhnosti-pritiagivaiutsia-si.jpg)
