Классно они разлетались вдребезги!
В предполагаемый район местонахождения гитлеровских орудий экспат решил зайти с запада. Так было больше гарантий, что немцы примут одиночный самолет, идущий из собственного тыла, за свой. Глядишь, зенитчики не сразу откроют огонь. Да и ночные истребители зевнут. Поэтому маршрут «бостона» представлял собой довольно длинную ломанную линию, которая сначала огибала нужное место с востока пологой дугой, а уж потом резко заворачивала в обратную сторону.
И что сейчас делать? По идее, Григорий быстро прикинул свое местоположение, если он прихлопнет этих «мессеров», не должны фашисты связать его действия с последующей атакой на артиллерийские позиции. А сбить гадов надо, для него эти ребята первейшие враги. Причем натасканные именно на ночную охоту.
Ага, прихлопнет, держи карман шире! Дивин аж зашипел от досады. Сейчас он не на «кобре» и потому гоняться за немчурой на груженом бомбами «жучке» вряд ли выйдет. Так что, скромнее, товарищ капитан, скромнее. Прижимаемся к земле и тихонько подныриваем под вражескую пару. И крадемся на мягких лапах.
Но зарубку себе в уме экспат поставил. Надо будет обязательно наведаться сюда на истребителе. Нечего «сто десятым» здесь разгуливать. Так что, погуляйте пока ребятки.
Миновав фрицев, не подозревающих о том, что они только что были на волосок от гибели, капитан аккуратно, «блинчиком», развернул самолет и плавно потянул штурвал на себя, набирая высоту. Впереди лежал нужный район и теперь стоило усилить внимание.
— Товарищ капитан, я так понял, что мы на месте?
— Ценное наблюдение, — съехидничал экспат. — И своевременное.
Штурман бомбардировочного полка майор Рутолов, что расположился сейчас в носовой кабине «бостона», обидчиво засопел. А Григорий в очередной раз подивился, насколько чисто работает в «американце» связь. Даже внутренняя.
— Да на месте мы, на месте, — решил не раздувать конфликт Дивин. Хотя, сказать по правде, хотелось.
В этот полет он отправился вместе с экипажем. То есть, не один, как намеревался поступить изначально, а вместе со штурманом и стрелком-радистом. И как не пытался объяснить экспат, что вместо бесполезных пассажиров будет гораздо лучше, если он возьмет на внешнюю подвеску лишнюю пару бомб или зальет в баки дополнительную сотню литров горючего, командир полка Шепорцов уперся и встал насмерть. Решение свое худощавый подполковник с багровым шрамом поперек лба мотивировал довольно просто:
— Пойми, капитан, у меня не так много летчиков, которые обладают навыками ночных полетов. Мы в последнее время буквально из кожи вон лезем, чтобы ввести в строй как можно больше пилотов-«ночников». Да и командование от нас этого постоянно требует.