Жанр
В октябре 1812 года в городе происходит трагическая авария на шоссе. Во время движения автомобили сталкиваются, и один из участников оказывается в совершенно ином мире. Герой обнаруживает себя в незнакомой обстановке среди странных людей в необычной одежде.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Штуцер и тесак» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В октябре 1812 года в городе происходит трагическая авария на шоссе. Во время движения автомобили сталкиваются, и один из участников оказывается в совершенно ином мире. Герой обнаруживает себя в незнакомой обстановке среди странных людей в необычной одежде.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Анатолий Федорович Дроздов Легкое чтение Детективы Фантастика подборки серии
В октябре 1812 года в городе происходит трагическая авария на шоссе. Во время движения автомобили сталкиваются, и один из участников оказывается в совершенно ином мире. Герой обнаруживает себя в незнакомой обстановке среди странных людей в необычной одежде.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Хм… А ведь это мысль! Мед обладает бактерицидным свойством, и если заменить им масло… Только где ж взять?
Наложив мазь на полоску ткани, я налепил ее на зашитую рану, предварительно попросив Пахома подержать зеркало. Надеюсь, будет держаться. Бинты просить бесполезно – нет их здесь, иначе не мотали бы рубашку на голову.
Лагерь просыпался, и наша возня привлекла внимание. Несколько солдат подошли ближе и, сгрудившись, с любопытством наблюдали за процессом. Внезапно они раздались в стороны, пропустив вперед широкоплечего, жилистого мужчину в кивере. Его обветренное, загорелое лицо украшали пышные полубакенбарды, а вот усов не было совсем, как, впрочем, и у солдат. Не положено их пехоте, только кавалеристам.
– Что тут? – спросил жилистый, хмуро глянув на Пахома.
– Барин себя лечит, господин фельдфебель! – торопливо доложил возчик. – Рану на голове зашил, потом мазь сделал и сверху налепил, – он ткнул пальцем в полоску на моей голове.
– Разумеешь в лекарском деле? – посмотрел на меня фельдфебель.
– Фершал он! – сообщил Пахом.
Я подтвердил его слова кивком.
– Раненых глянешь? – спросил фельдфебель.
– Показывайте! – согласился я.
Осмотр троицы егерей подтвердил предположение: раны оказались не тяжелыми. Две штыковых – в плечо и в бок, последняя не проникающая. У третьего егеря пуля разорвала широкую мышцу на спине, не повредив кости. Я вытребовал у каптенармуса еще водки, промыл и зашил раны. Затем смазал швы остатками мази и налепил поверх тряпицы. Егеря выдержали мои манипуляции стоически – ни стона, ни мата.
– Благодарствуйте, барин! – сказал один, и другие нестройно присоединились.
– Идем! – сказал фельдфебель, когда я закончил.
– Вот, ваше благородие, – доложил фельдфебель, – фельдшер сыскался. Себе голову зашил, Курихина, Савушкина и Петрова лечил. Разбирается вроде.
– Точно фельдшер? – спросил недоверчиво капитан.
Ну, да, видок у меня еще тот. Голова залеплена, кровь на рукаве… Вернее, на груди – обляпался, когда раны шил.
– Платоном. Платон Сергеевич Руцкий.
В глазах его полыхнуло удивление.
«Да!» – едва не сказал я, но вовремя спохватился. Дворяне здесь все посчитаны и внесены в списки, что не удивительно – привилегированное сословие. Узнают, что соврал, – гарантированный билет в Сибирь. Если, конечно, не убьют раньше…
– Мещанин города Могилева.
– Для мещанина Могилева ты слишком хорошо говоришь на французском, – скривился офицер.
– Долго жил за границей. Во Франции и… – я едва не сказал «в Германии». Нет здесь такой страны. Есть Пруссия, а также мозаика из немецких княжеств, герцогств, владений епископов, которые Наполеон в большинстве своем ликвидировал, создав основу для будущего объединенного государства. Поэтому промолчим. – Кельне.
