Она и теперь выглядела такой же юной девочкой, моложе окруживших ее разодетых дам. Тогда ей было семнадцать, значит, теперь не более двадцати одного.
Сколько раз Эдин двигал по шахматной доске ее миниатюрное изображение…
Конечно, она его не узнает. Это было бы слишком невероятно.
— Шуты к вашим услугам, ваше величество! Ваше высочество! — провозгласил барон.
— Спасибо, дорогой барон, — королева ласково улыбнулась и повернулась к циркачам.
— Рада видеть всех вас! — сказала она громко. — Но нам нужен лишь один шут, который станет королем шутов на Осеннем празднике в этом году. Как известно, до сих пор с этой ролью прекрасно справлялся наш любимый Кука, — она показала на старичка в берете, — но теперь его величество и я решили, что ему пора уступить свою корону кому-то из молодых, и мы надеемся, что тот, кто будет выбран, тоже справится! И конечно же, он получит должность при дворе!
— Сколько слов, дорогая мачеха. Стоит ли оно того? — выдвинулся вперед круглощекий долговязый парень в зеленом бархате, который до этого держался в сторонке — дескать, я тут так, случайно, развлекаюсь. — Любой из этих недотеп, — он небрежно показал на шеренгу, — выглядит менее представительно, чем наш достопочтенный шутовской управляющий. Пусть хоть как-то реально оправдает свою немаленькую должность!
Стало быть, вот он, принц. А Эдин было принял за принца одного из парней, стоящих сразу за королевой.
Принц смотрел на них на всех так, будто разглядывал раздавленную лягушку, и, как и в первую встречу, совершенно не понравился Эдину. Но мысль, им высказанная, определенно была здравой.
— Ах, принц, что вы говорите! — воскликнула Астинна с упреком.
— Ваше высочество, мои предки сидели на троне Кандрии! — сказал барон, покраснев.
— Вот и прекрасно, значит, вы точно справитесь.
— Эрдад, перестаньте! — рассердилась королева, а барон густо покраснел.
— Любезная мачеха, давайте уже выберем достойного из этих шутов и займемся чем-то действительно стоящим? Ведь сегодняшняя охота должна начаться вовремя?
— Прямо сейчас и выберем. Кто нравится вам, дорогой Эрдад?
И добавила, тронув Лажана за руку:
— Дорогой барон, его высочество просто шутит.
Вот такие тут дела, стало быть. Лажану не позавидуешь. Принц насмехается, как и король и весь двор, наверное. Королева пытается это загладить и почти заискивает. И демоны бы с ним, с Лажаном, но Аллиель при всем при этом тоже ведь несладко.
Тем временем старичок-шут тихонько приковылял к барону, сел позади него и издал губами неприличный звук — барон чуть не подпрыгнул от неожиданности. Даже циркачи давились от хохота, не говоря уж про придворных.
— Кука, уходи, не мешай, — строго, как непослушному ребенку, сказала королева.
Шут отошел и снова сел на бочонок.