Камешек был огранен, свет факела тут же отразился в гранях и рассыпался крошечными бликами.
— Смотри, юноша. Мир вокруг нас — вот такой. Много-много граней. Я вижу одновременно одну грань, или две, три — ничтожно мало. Но все они покажут мне правду. Маленькую правду, можешь ей верить! Если задашь точный вопрос — и ответ будет точный. А не задашь — я увижу случайные грани и расскажу тебе, что увижу, но это будешь лишь маленький кусочек правды, и вовсе не обязательно то, что тебе нужно. Хочешь еще спросить?
Эдин покачал головой. Нет, он не хотел. За медведя спасибо, но узнать, что Аллиель на самом деле выйдет замуж за барона Лажана — этого не надо. Это он и в свой срок узнает, если уж иначе никак.
Граф говорил, что гаданья не должны влиять на судьбу. А он сам — может влиять…
— Давай-ка отойдем, — он взял за руку девочку-гадалку, и та послушно пошла с ним, присела за другой стол.
— Смотри-ка, — он высыпал перед ней горсть золотых, — сделаешь работу, как я скажу, получишь еще столько же.
— Давай, — заинтересовалась она.
— Знаешь, как пройти к королевскому замку? Там дорожка вдоль забора? Сад королевы?.. — он как мог, на пальцах объяснил ей, она кивала.
— Так вот, после полудня там сидит королева и ее приближенные. Ты должна прийти. Не побоишься?..
Девочка только усмехнулась.
— Так вот, погадай одной из фрейлин, она красивая и светловолосая, ее зовут Аллиель Кан. Она там одна такая. Устрой как-нибудь, чтобы ей погадать. Скажи ей, что она не должна выходить замуж за барона Лажана. Понятно?
— Еще как понятно, — рассмеялась гадалка, пряча золотые. — Я забыла сказать, что еще плохо гадаю, дорогой. Сона — вот она гадает. И еще, мы ведь не можем врать. Когда гадаешь, забываешь все на свете, и себя забываешь. Так что платить дочери дороги за вранье — бесполезная вещь! Но Сона придет! Туда, куда ты хотел. И посмотрит на грани. Ты заплатил! Вторую половину отдашь?..
Смеясь, она потихоньку отступала от Эдина.
— Погоди, — он хотел опять поймать ее за руку, но девочка оказалась на диво быстрой, отскочила и прыгнула за спины гостей.
— Эй, парень, ты чего, — дюжий верзила вскочил, грудью закрывая девочку, — нельзя их обижать!
Тем временем хитрюга уже скрылась из виду.
— Эй, не приходи! — крикнул он ей вслед, — забирай деньги и не приходи, поняла?
Потом он поискал вторую, Сону — бесполезно. Кого спрашивал, только руками разводили, были, дескать, тут гадалки, а куда делись?..
На следующее утро Кука потащил Эдина к дверям покоев новобрачных графа и графини Бьяри. Там уже собралась толпа, и чем дальше, тем больше было слышно громких голосов и смеха. Дело известное, ожидалась послесвадебная потеха — вывешивание брачной простыни.