– Ты помнишь, что в последний день ел на обед?
– Ну.
– Не просто «ну», а котлетки с гречкой. И с ма-аленьким таким приборчиком… Ты его с кашей умял. По нему-то тебя и отследили. Напрасно ноги стирал, проверяясь.
– А, – тускло проговорил я, – понятно, – и сразу потерял интерес к разговору.
А у Генки, напротив, он вдруг пробудился.
– Значит, тема с громадными бабками – полная лажа?
– А какая разница? – Толя отпил из чашечки и одобрительно кивнул. – Главное, что ты серьезно всполошился, – и с видимым удовольствием повторил упражнение. – Серьезно, значит, подсократил число доверенных лиц до, – повел бровью в мою сторону, – разумного минимума. Что и требовалось доказать.
– Бабы, – вздохнул Гена, – одно слово.
Слов вообще-то много, и все матерные. Нинка, Нинка, зачем же ты так? Бывшая наша с Генкой одноклассница и его же страстная и безответная любовь. Первая красавица школы, а еще умница, отличница, победительница всех подряд школьных олимпиад по физике и математике.
После окончания факультета информатики какое-то время поработала айтишницей в принадлежавшей американцам фирме. Очень скоро вышла замуж и съехала в Штаты. Года два назад вернулась оттуда уже одна и уже хакером. Достаточно лихим, по слухам. С уважением в узких кругах, репутацией и ФБР на хвосте за то и другое всякое."
"Не знаю уж, как они с Генкой разыскали друг друга, но разыскали. В прошлом ноябре я встретил их вместе и поразился искреннему счастью одного и холодной деловитости второй. Которую она даже не особо-то и скрывала. Думала, и так сойдет. А он, дурень, вообще ничего тогда не думал. Просто цвел, как майская роза, и благоухал духами «Красная Москва». А самое главное – во всей этой… В общем, все Нинка о наших делах знала.
До поры до времени они трудились вместе, и были и меж ними совет да любовь и полный во всем консенсус. А потом эта черемуха вдруг разом отцвела. Дамочка, видно, просекла ситуацию и трезво осознала, что, несмотря на профильное отечественное образование и последующие американские навороты, в равноправные партнеры выпускнику трехнедельных компьютерных курсов для «чайников» не годится. Просто тупо не тянет ввиду слишком большой разницы в том, что именуется талантом. А заносить хвосты и шустрить на подхвате гордая, как три Кавказа, Нинка не пожелала.
Закончилась эта история некрасиво, но благополучно, то есть она его возненавидела, а он о ней со временем все понял. При расставании дамочка потребовала, как говорят юристы, материальную компенсацию за потраченное на всю эту любовь-морковь время и еще чуть-чуть сверху за амнезию о подробностях недолгой, но плодотворной совместной работы. Деньги, что Генка ей дал, последними не были. Это хорошо.