Автор
В мире изменившихся правил игры, каждая стрелка имеет значение — от бизнесмена-одиночки до влиятельного чиновника. Они борются за выживание, как в игре шахмат на один фронт, но вместо белых и черных фигуры - государством и темными, исчадиями этого нового мира. Непредсказуемость обновленной реальности подталкивает всех к крайним мерам....
, председатель правления «… Банка», конечно же, считал просто необходимым накануне собственного юбилея смотаться на пару-тройку дней в Париж и изобразить там далеко не последнее в жизни танго́ в компании прелестной совершеннолетней девчушки, лет на шесть всего-то моложе собственной младшей дочери.
Таких юных и красивых сейчас в любом российском городе, что вшей на бомже с трех вокзалов. Актрисульки из не дошедших до экрана фильмов, журналисточки из никому не известных глянцевых изданий, модельки, состоящие в штате не существующих в природе агентств.
Звонок по телефону «исключительно для своих» застал его в процессе мучительных раздумий: то ли выделить от щедрот оказавшейся запредельно тупой и нудной блондинке десять минут на сборы, то ли отправить ее в аэропорт налегке, отвесив всего лишь пинка на прощание.
– Да, – раздраженно бросил господин Сырхоев. Мельком глянул в окошко трубки – номер не определялся.
– Привет, именинник, – пророкотал в ухо такой знакомый баритон. – Не признал, поди?
– Ну что вы, Максим Витальевич, – голос непроизвольно сорвался на писк.
Он действительно был рад. Бескрайне и безбрежно. Потому что ему только что позвонил САМ Обручев, куратор от Центробанка, способный одним легким намеком в сферах поднять до небес или, наоборот, окунуть с головой в… Прямо туда.
– Какой, к черту, Витальевич? – расхохотался тот, прямо как Мефистофель из оперы. – Для близких я просто Макс. С грядущим днем рождения, старик.
– Спасибо… Макс, рад, что позвонил, – Алан широко улыбнулся. Сразу всему миру. Девушка почему-то решила, что такая замечательная улыбка предназначается персонально ей, потому подошла поближе и приняла позу.
– Рад бы, дружище, – при этих словах сердце Алана взлетело к горлу, – но сейчас я в Непале. А завтра поутру отваливаем в горы.
