Новый recruit Алексей пытается перебраться через холодный ручей в Сибири, но прокладывает себе дорогу по воде и замерзает. Теперь он должен вернуться домой, и вот какая нелепость: вымок до такой степени. Помчавшись к избушке, надеясь быстрее просохнуть одежду в пути, recruit столкнется с новыми приключениями в мир разведки и штраф-батальона....
– Кушать будешь?
– Не откажусь.
Вмешался Сергей:
– Так. Я не нужен, Петр Васильевич?
– Ступай, отдохни.
Сергей ушел.
Староста сел за стол, обхватив голову руками:
– М-да, мое упущение. Понадеялся, что склад хорошо замаскирован, часовой – то есть ты – при нем неотлучно. А надо было охрану на дальних подступах ставить, не случилось бы пожара.
– Чего теперь локти кусать? Сделанного, вернее – не сделанного, не вернешь.
– Верно.
Староста налил большую миску куриной лапши и вручил Алексею деревянную ложку.
– И так склад здорово выручил.
Алексей поел, сидел осоловевший.
– Ложись, отдохни. Ты ведь каждую ночь не досыпаешь.
Алексей прилег и мгновенно уснул.
Часа через три, когда рассвело, его разбудил староста.
– Умойся, форму щеткой почисть – пыль да сажа кое-где есть. Сейчас Сергей тебя к Петрову отведет.
Алексей привел себя в порядок, осмотрел в зеркало.
Сергей – в телеге, с повязкой «Полицай» на рукаве уже ожидал его. Несмотря на бессонную ночь, выглядел он как огурчик.
– Сидайте, господин немец, живо домчу.
Они поехали в соседнее село, где лежал у фельдшера Петров. Когда встречались на дороге селяне, они украдкой плевались и сквозь зубы ругались, думая, что Алексей если и слышит, то не понимает по-русски.
– Ворогу продался, змеюка подколодная, а еще на МТС работал, в активистах был.
Про Алексея молчали: враг – он и есть враг. Предатель в народных глазах выглядел презреннее, ниже, более гнусно.
Но Сергей вел себя спокойно, как будто не в его адрес летели проклятия.
Когда выехали за село, Алексей спросил его:
– Как ты терпишь?
– Мне-то ладно, брань на воротах не виснет, а вот жене и детям каково? Всем ведь не объяснишь, что я по заданию подпольного обкома партии в полицаи подался. Вот все думаю: лучше бы в партизаны ушел, хоть позора не было бы. Война рано или поздно закончится, как людям в глаза смотреть?
– Приедет секретарь обкома или райкома – объяснит. Люди же, поймут!
– Может и поймут, только с пацаном моим пяти годков сейчас никто из детей играть не хочет.
– Терпи, – однозначно ответил Алексей.
Они приехали в деревню и направились к фельдшеру. В основном на прием к нему сидели старики и старушки. Алексей в сопровождении Сергея прошел в обход очереди.
Деревенский фельдшер испугалась вначале, увидев Алексея в полной полевой форме военнослужащего вермахта. И только Сергей ее успокоил:
– Здравствуй, Федоровна! Вот, человека я привел, поговорить с раненым желает.
