Она стояла перед домом, устремив взгляд на выцветшие облупленные окна. Дверь была заперта и огорожена старой грымзой — скромной старухой с мудрыми глазами и суровым выражением лица. Внутри пахло смолой и устаревшими бумагами, как будто время здесь замедлило свой ход.
— Вот что тебе стоит быть как все?
— Прогибаться под всякую мразь и делать вид, что счастлива от этого?
— Но ты ведь женщина!
Бетси недоуменно вскинула на меня яркие голубые глаза, уставившись с явным осуждением.
— Ты должна быть благоразумной. Иной раз не грех и прогнуться. Не переломишься.
— Бет, давай не будем обсуждать мои жизненные принципы? — примирительно улыбнулась я и погладила служанку по плечу.
Ссориться с Бет мне не хотелось. И спорить тоже.
— Говоришь, Кревен ушел?
— Да. Побушевал немного, а потом ухмыльнулся криво и выскочил за дверь.
Бетси огляделась и удивленно покачала головой.
— Порядок навела? Не боишься, что Папаша Дюк ругаться станет? Он терпеть не может, когда в его берлоге кто-то хозяйничает. Нас с Тиль и близко не подпускает.
— Ничего. На меня он кричать не рискнет.
— Слушай, я ж зачем пришла? Там тебя постоялец спрашивает. Пришлый этот, которого ты вылечила.
— Чего ему от меня надо?
— Поговори — и узнаешь, — пожала плечами Бет. — Может, отблагодарить тебя хочет.
Я с сомнением посмотрела на служанку. Отблагодарить? Это вряд ли. Магам незнакомо такое чувство, как благодарность.
— Ладно. Пойду выясню, что ему нужно.
— Кейт, ты, это… — неуверенно пробормотала Бетси. — Ты поласковее с ним. Мало ли, может, он тебе денег даст за лечение.
— Не уверена. Но я постараюсь быть с ним предельно вежливой.
Я подмигнула Бет и вышла в общий зал.
* * *— Добрый день, уважаемый тер.
Взгляд, которым одарил меня недавний пациент, сложно было назвать доброжелательным.
Я опустила глаза и чуть склонила голову, стараясь не выдавать своего скептического настроя.
— Садись, — не ответив на мое приветствие, отрывисто бросил мужчина и кивнул на соседний стул.
Я молча села. Что ж, посидим, послушаем, что господину аристократу в «Серой утке» понадобилось. А к еде-то не притронулся, брезгует. Вон, миски полные. И похлебка, и почки с кашей.
— Милорд? — не выдержав долгого молчания, я вопросительно взглянула на мага.
Тот задумчиво крутил в руках вилку, глядя куда-то в сторону, и лицо его было холодным и непроницаемым. Темные волосы, стянутые в хвост, широкий лоб, крупный нос, впалые щеки — мага трудно было назвать красивым, но было в его внешности что-то, что привлекало внимание.
