Она стояла перед домом, устремив взгляд на выцветшие облупленные окна. Дверь была заперта и огорожена старой грымзой — скромной старухой с мудрыми глазами и суровым выражением лица. Внутри пахло смолой и устаревшими бумагами, как будто время здесь замедлило свой ход.
— Другой-то все равно нет, — парировал Горн, снимая рубашку и скидывая ее мне на руки. — Должно же нам повезти?
Он подошел к скале, примерился к отверстию и попытался просунуть туда ладонь.
— Не пролезет, — покачал головой Эрик. — Ты застрянешь.
— Может быть, мне попробовать? — предложила я.
— А что толку? Только Дерек способен вызвать Курца, — голос Каллемана звучал напряженно.
— Неужели ничего нельзя придумать?
— Рес! — приглушенно выругался граф.
Пока мы с Каллеманом разговаривали, он успел просунуть руку чуть дальше.
— Отверстие слишком узкое, — покачал головой Эрикен.
— Это единственный шанс выбраться отсюда, — хрипло ответил Фредерик, пытаясь протиснуться глубже. — Еще немного, — сообщил он нам. — Я уже почти добрался.
Его рука исчезла по локоть. На бугрящихся мышцах плеча показались красные подтеки. Похоже, Горн сильно поранился, пытаясь дотянуться до свободного от рэдония пространства. Я с силой закусила губу.
— Проклятье! — тихо пробормотал Каллеман, наблюдая за усилиями друга.
Рывок — и Дерек со стоном выдохнул:
— Курц, амаинан реми!
Пару минут ничего не происходило, а потом мы услышали снаружи басовитый лай.
— Получилось, — резко произнес Каллеман. Он потер бровь и отвернулся.
— Курц, приведи помощь, — приказал Дерек.
— Р-рау! — донеслось в ответ.
— Милорд, вытаскивайте руку!
Я с тревогой смотрела на темные подтеки, стекающие по светло-серому камню стены. С каждой минутой их становилось все больше. Проклятье! Это ж как надо было стесать кожу, чтобы столько крови натекло?
— Боюсь, это будет непросто, — спокойно ответил граф.
Он дернул руку и тут же сквозь зубы выругался.
— Давай я попробую, — предложил Эрик.
— Попытайся, — хмыкнул граф. — Только помни, что в дальнейшем я хотел бы пользоваться обеими руками.
— Не остри, — нахмурился маг.
Он обхватил друга за плечо и дернул. Горн глухо застонал.
— Рес! Не выходит! — рыкнул Эрик.
— Давай еще раз, — приказал Фредерик. — На счет три. — Он напрягся и скомандовал: — Раз! Два-а… Три!"
"Каллеман уперся одной ногой в стену и рванул.
— Есть! — пошатнувшись, выдохнул Фредерик и прищурился, разглядывая свою многострадальную руку. Кожа на предплечье была содрана, глубокие ссадины кровоточили, ногти оказались сломаны.
— Нужно перевязать.
Я достала из-за корсажа малюсенький флакон с ратциновской настойкой и подошла к графу.
— Ты всегда носишь с собой медикаменты, Кэти? — удивленно посмотрел на меня Горн.
— Конечно.
