Она стояла перед домом, устремив взгляд на выцветшие облупленные окна. Дверь была заперта и огорожена старой грымзой — скромной старухой с мудрыми глазами и суровым выражением лица. Внутри пахло смолой и устаревшими бумагами, как будто время здесь замедлило свой ход.
Когда-то в детстве я мечтал о воинской славе, и когда мне выпала возможность самому решать, чем заняться, я записался на прием к Фредерику Горну и заявил ему, что хочу послужить своей стране.
— И что лорд Горн?
— Он предложил мне начать с должности младшего секретаря. У него как раз уволился сотрудник.
— И вы согласились?
Я удивленно посмотрела на Эрика.
— Как ни странно, да, — хмыкнул тот. — О Горне ходили самые разные слухи, один страшнее другого, но я решил рискнуть. И не ошибся. Вскоре я уже был его личным секретарем, потом заместителем, а потом Дерек доверил мне новосозданный военный отряд и поставил Командующим.
— И как давно вы работаете вместе?
— Точно не помню. Что-то около пятидесяти лет.
— Ничего себе! — пробормотала я. — Это сколько же вам?
— Семьдесят пять, — ответил Каллеман. — А Дереку — девяносто.
Рес! На земной взгляд невероятно много! А на дартский… По местным меркам вполне нормальный возраст. Можно сказать, самый расцвет.
— Удивлена? — усмехнулся Каллеман.
— Немного, — дипломатично ответила я и спросила, желая поскорее закрыть скользкую тему: — А ваши родители еще живы?
— Отец умер десять лет назад, мать до сих пор живет в доставшемся мне замке, но видимся мы редко. Я достаточно богат, если это тебя волнует, — Эрик небрежным жестом поправил волосы и уставился на меня своим коронным недовольным взглядом. — У тебя остались еще какие-либо вопросы?
— Лорд Горн как-то обмолвился, что вы спасли ему жизнь.
— Он так сказал? — усмехнулся маг.
Он снова глубоко затянулся, стряхнул пепел и задумчиво посмотрел в окно.
— Что ж, возможно, я и спас ему жизнь, когда закрыл собой во время одной заварушки, но правда в том, что меня давно уже не было бы в живых, если бы он не прикрывал меня в многочисленных переделках, — Эрик задумчиво улыбнулся. — Поначалу, когда я только пришел в департамент, я был излишне самонадеян. Вел себя так, будто серая форма ведомства делает меня неуязвимым, и постоянно лез на рожон.
Маг замолчал и потер бровь.
— Он вас очень любит, — тихо сказала я.
— Знаю, — кивнул Каллеман и просто добавил: — А я готов отдать за него жизнь.
Вот это да! Не ожидала от сдержанного мага таких высокопарных слов.
Эрик повернулся ко мне и нахмурился. Он будто пожалел о сказанном и торопился сгладить впечатление от своего признания.
— И именно поэтому я не позволю, чтобы ты испортила ему жизнь, — резко сказал он.
