В тревожном молчании Лос-Анджелеса, где туман обволакивает каждое здание, телефонный звонок разбуждает его с порога утра. Это предвещает что-то непростое: подразделение Восьмой А семьдесят три — отдел по киберпреступлениям. Клиент требует анонимного присутствия в этом странным образом оживленном месте, где все устремлено наружу, будто надежда висит за окнами....
Следующие сорок восемь часов, пока ФБР работало, Дэнни метался по Манхэттену, как обезумевший волан для бадминтона. Он сделал в общей сложности сто шестнадцать телефонных звонков в различные средние школы, за что был вознагражден стандартным «простите, в наших записях нет такого имени».
Он лично посетил Транспортное управление и Управление социального страхования, головные офисы банков и многочисленные административные офисы восьми самых больших больниц. Отправил фото Лайзы Баринг в «Таймс», «Дейли ньюс» и «Пост» на тот случай, если кто-то ее вспомнит, и закончил утомительные поиски просмотром местных новостей об осиротевших сестрах, а также интернет-ссылок на детей из Марокко.
Угнетенный и сдавшийся, он вернулся в штаб квартиру ФБР, где агент пребывал в таком же мрачном настроении.
— Очень жаль, но, как я сказал, это большой город, где живет куча разных Лайз. Если это ее настоящее имя. Вы говорите о неизвестной девочке, которая могла здесь жить двадцать лет назад.
— Спасибо, что попытались, — вздохнул Дэнни.
— Единственное направление поисков — это умершие родители. Если их не стало, когда она была совсем маленькой, а других родственников не имелось, ее могли поместить в приют. Система опеки обычно разлучает сестер только в экстраординарных случаях, так что, если у нее есть сестра, возможно, их куда-то отослали. Могу дать вам телефоны Службы по проблемам детей и семьи штата Нью-Йорк.
Это было накануне вечером.
Нагнув голову и дрожа от ветра, он сверился с GPS на телефоне. Почти пришел…
«Бичес» был последним приютом в его списке. Слишком много домов закрылось из-за отсутствия денег и изменения политики штата в отношении детей. Считалось, что лучше отдавать сирот в семьи, чем держать их в детских домах, поэтому в городе осталось только двенадцать приютов, существовавших с начала восьмидесятых.
«Бичес» в Куинсе был самым большим в городе приютом для бездомных подростков.
