В тревожном молчании Лос-Анджелеса, где туман обволакивает каждое здание, телефонный звонок разбуждает его с порога утра. Это предвещает что-то непростое: подразделение Восьмой А семьдесят три — отдел по киберпреступлениям. Клиент требует анонимного присутствия в этом странным образом оживленном месте, где все устремлено наружу, будто надежда висит за окнами....
— Как ты мог?
— Как я мог?!
Мужчина в черном схватился за рану на затылке. У него все еще кружилась голова, и было такое ощущение, словно он в любую минуту свалится без чувств.
— Он бросил меня, посчитав мертвым, София, если ты не заметила.
Глаза Софии Баста наполнились слезами.
— Он защищал меня! Господи, Фрэнки, ни к чему было его убивать!
Фрэнки нахмурился. Плохо, что пришлось пристрелить Дейли. Что ни говори, а он был сыном Эндрю Джейкса и, следовательно, одним из брошенных детей. Одной из жертв, мести за которых Манчини посвятил свою жизнь.
Еще большей неудачей был отказ глушителя. Теперь сюда в любой момент могут ворваться слуги. Да и полицию, должно быть, успели вызвать. Времени было совсем немного.
— Запри дверь! — приказал он.
Но София стояла неподвижно, глядя, как кровь Мэтта впитывается в ковер.
— Ради всего святого, София! Я пытался заставить его покинуть Мумбаи, — начал оправдываться Фрэнки. — Делал все возможное. Ему не следовало здесь появляться.
— Он пришел ради меня. Потому что любил, — всхлипнула София.
— Любил тебя? — грубо захохотал Фрэнки. — Дорогая девочка, он даже не знал, кто ты! И любил Лайзу Баринг. А кто была ты? Ничтожество, персонаж, придуманный мной, плод моего воображения. Если Мэтт Дейли и любил кого-то, так это меня. Не тебя. Запри чертову дверь, тебе говорят!
София Баста сделала, как он велел. Потому что видела безумие, полыхавшее в глазах Фрэнки.
Бедный, бедный Мэтт. Почему он пришел за мной? Почему не бежал, не вырвался, пока еще была возможность?
— Он не заслуживал смерти, Фрэнки.
— Молчать! — взвизгнул тот, угрожающе размахивая пистолетом. — Это ярешаю, кому жить, а кому умереть! У менявласть! Ты моя жена! И будешь делать, что велено, или, клянусь жизнью, София, твоя сестра будет следующей. Понятно?!
София кивнула. Она поняла. Потому что понимала только, что такое страх и покорность. Это было все, что она знала в жизни. Несколько коротких блаженных месяцев на Бали с Мэттом Дейли ненадолго открыли ей другую жизнь… Другой мир.
— Полиция! — Голос Магуайра прозвучал сиреной. За его спиной слышался топот.
Вот оно, спасение!
Глаза Манчини панически забегали.
— Сделай это, — приказал он, сунув Софии нож.
— Сделать? Что? О нет, Фрэнки. Нет! — Она проследила за направлением его взгляда.
Драма, разворачивавшаяся в спальне, заставила ее на время забыть о том, что в комнате был еще и Дэвид. Но теперь она увидела, что он пошевелился.
