Автор
Несчастный случай. Он не выдержит еще одной жестокой казни. Однако приближающаяся дрель замолкает, и он чувствует себя не только освободившимся от бремени, но и наконец-то увидевшим свет после тьмы. Вдали раздается мелодичный стук звона, в котором скрыта какая-то таинственная связь с этим тихим миром......
– Никаких сомнений, мэм. При обыске квартиры Лу Гудмана мы обнаружили тот самый глушитель, который использовался для убийства мистера Уильямса. Более того, на одежде Гудмана найдены частицы крови частного детектива. Сомнений быть не может.
Мир Никки словно раскололся надвое.
В своем старом, привычном мире она все еще жалела Лу, спасшего ей жизнь, оплакивала друга, у которого было трудное детство, но который сохранил веру в справедливость. Точно так же она не могла поверить, что гадкий детектив Джонсон вовсе не был одним из главных фигурантов в деле о наркокартелях.
Гретхен заметила, что лицо Никки помрачнело, и заявила:
– Так, Адам весь день проведет на съемках, а я везу детей в Пасадену. Предлагаю погулять в ботаническом саду и перекусить в чайном домике в Китайском парке. Без твоей помощи мне не обойтись.
– Со мной все в порядке, – заверила ее Никки, разгадав план подруги. – Я останусь здесь, может быть, посплю.
– Вообще-то это не просьба, – твердо сказала Гретхен и бросила ей на колени бутылочку средства от солнца и карту ботанического сада.
Ботанический сад Хантингтона в пригороде Пасадены выглядел прекрасно, но в нем было одуряюще жарко. Всего двадцать минут от Беверли-Хиллз, а столбик термометра поднялся почти на семь градусов, достигнув, должно быть, тридцати пяти. Никки, Гретхен и мальчики бродили по розарию и среди песчаных кактусов, по восточному садику с небольшими запрудами, полными золотых карпов, и по мостикам и овражкам, разглядывая миниатюрные замки, вокруг которых летали бабочки.
Никки, которая все еще ходила с костылем, с трудом поспевала за подругой и ее отпрысками. Пот градом струился по лицу и спине, доставляя неприятные ощущения. Но самым ужасным было то, что ее узнавали: пялились без зазрения совести и тыкали пальцами."
"«В Нью-Йорке я снова стану никому не известной женщиной-врачом, – старалась она думать в приятном ключе.
Она скучала по зиме.
Заметив каменную скамейку по сенью зеленой оливы, Никки присела перевести дух и попить воды. Телефон в кармане коротко завибрировал.
«Кто бы это мог быть?»
Теперь ей никто не звонил и не писал за исключением Гретхен. Но сейчас подруга была рядом. Полиция, взяв показания, перестала дергать. Пациентов у нее больше не было.
