Помню, ты рассказывала, что в первый раз сила проявилась, когда на тебя напали волки? Но тогда ты была ребенком, а сейчас нет. Пора избавиться от страхов, девочка.
– Нам пора возвращаться. – спокойно ответила я, но вдруг на поляне появились новые действующие лица. Точнее, морды.
Два тявкающих комочка вывалились из кустов, пискляво лая на змею, все еще обвивающую тело волка. Это были волчата.
– Судьба благосклонна к тебе, ученица. – довольно хохотнул колдун, хлопая себя по бокам. – А вот и твои животные. Ну? Чего уставились на меня? Ищите ветки и разводите костер! Нам нужен уголь. И побыстрее там! Нам ведь еще домой возвращаться, хе-хе...
Бин особо размышлять не стал. Вернув меч обратно в ножны, страж отправился собирать ветки, которых вокруг было предостаточно, а я не знала – то ли злиться, то ли радоваться. Мне не нравятся волки, но это был шанс попрактиковаться в призыве демонов, а магия мне только начала по-настоящему нравиться. Колдун же, проигнорировав мои моральные метания, направился к щенкам и поймал их за загривки. Волчата обвисли, повинуясь инстинкту, и Вейн смог поднести их к нашему бревну."
"– Красавцы, да? – довольно прицыкнул старик, демонстрируя мне свою добычу. – Лучше и не найти для наших целей.
Ну что тут еще скажешь?
Минут через пятнадцать вернулся Бин с ветками и пучками сухого мха. Где он его нашел – не представляю, но костер стражник развел довольно быстро. Понемногу меня начал охватывать азарт от предстоящего таинства, но я терпеливо ожидала, пока дерево немного прогорит.
– Мастер Вейн, на чем чертить будем? – вспомнив его науку, стала я задавать вопросы. – Прямой поверхности здесь достаточно, но на траве углями особо не порисуешь.
– Зато какой чудесный плащ у меня есть! – хитро подмигнул старик, развязывая узел своего плаща.
Стянув его с плеч, Вейн стал раскладывать ткань на земле. Мой плащ был черным и для рисования углем не годился, а вот его – вполне. Тонкие ветки прогорали быстро, поэтому углей долго ждать не пришлось, но пришлось подождать, пока они остынут. В это время сидеть с щенками пришлось мне, к сожалению. Всунув пищащие комки мне в руки, старик довольно уковылял к своему плащу разравнивать ткань, а у меня даже лицо немного перекосило от такой замечательной близости.
– Что такое, девочка? Не нравятся? – едко заулыбался старик, щурясь.
– Надеюсь, они не блохастые. – пренебрежительно ответила я.
– Они же такие маленькие, миленькие и трогательные. Неужели, тебе совсем не нравятся? Смотри! Один из них хочет, чтобы ты почухала ему пузико. Почухаешь?
– Я – герцогиня! Я не буду чухать пузики! Нравятся – сам чухай! – возмутилась я.
– Дааа... – в унисон своим мыслям протянул старик, глядя на меня. – Слушай, ты же девочка. Почему ты такая неженственная?
– Извиняться не стану.