Сияние Хаоса — это мрачная поэма о старом звездочете, который пытается понять тайны космоса, но вместо света находит только хаос. Старик-звездочет терзается своими бесконечными исследованиями и неожиданно открывает древние тома, которые ведут его по неведомым путям звездного неба и глубин человеческой души....
Это было так похоже на мое прошлое, что картина тринадцатилетней давности моментально встала перед глазами:
"" – Проклятье! Ты даже этого запомнить не можешь, Хелира! Единый, за что мне дочери тупые достались?! – раздраженно кричал отец, швырнув мне в лицо черновики с корявыми попытками научиться писать. Два дня назад мне исполнилось пять лет, и появились первые учителя. Они хвалили меня, и я думала, что папа будет мной гордиться, но...
– Но, папа... – хлюпая носом от страха и расстройства, тихо заплакала я.
– Обращайся ко мне как полагает, сопля! – швырнув в стену рядом со мной чашку с горячим отваром, заорал герцог Феранийский. – И не смей реветь! Какой толк от твоих слез, только нервы треплешь мне!
– Хы-ик. – давилась я слезами. – В-ваша Светлость, простите меня. Я буду больше стараться.
– Если к утру не выучишь Свод, выпорю! – глядя на меня с презрением, рявкнул герцог, а после добавил: – И ужин сегодня не получишь! Будешь голодать либо пока не выучишь, либо пока не умрешь! Выметайся из моего кабинета! Единый, какой позор.
До крови закусив губу, чтобы ни единого всхлипа больше не вырвалось, я собрала разбросанные по полу бумаги и выбежала в коридор."".
В тот день меня еще полчаса рвало на заднем дворе от страха и обиды, а в ушах постоянно звенел крик отца: ""не смей реветь"". А когда вместе с обедом из меня вышел весь страх, боль и обида, пустоту заполнила решительность.
Я ждала одобрения.
Неделя, Тиль, это щедро. У меня было только три дня. Бросив последний взгляд на солнечный день за окном, я вернулась за стол и погрузилась в бумаги. Я не умею любить, дружить, прощать, но я умею править королевством. Возможно, скоро что-то изменится.
Глава 12. Турнир и его победитель"
"Десять дней спустя...
Почти две недели пролетели, как один день.
